Осенние страницы

- Папа, я глупо себя чувствую, - тихонько фыркнула она, поглядывая на спящих медвежат. – С одной стороны, мне хочется перейти из школы в академию. С другой…

- А что тебя смущает? – спросил отчим. – Ты как-то непривычно недоговариваешь. Выскажи вслух – может, лучше поймёшь ситуацию.

- Ну… Меня смущает… глупость. – Она снова фыркнула, а потом выпалила как на духу: - Я привыкла к свободе! Ну, к тому, что могу как угодно свой день провести. А в академии надо учиться. Там расписание. Ходить надо от и до.

В общем-то, так и надо, но… Вот и думаю. Но чувствую себя при этом как-то… очень глупо.

Отчим посидел, помолчал, тоже глядя на спящих детей.

- Взрослая жизнь – это всегда упорядоченность и режим. Во всяком случае – с моей точки зрения. Знаешь, Танюша, я привык к тебе – к самостоятельной личности. И не думаю, что могу предлагать тебе что-то с точки зрения собственной. Мне кажется, ты настолько умная, что сумеешь определиться сама, что именно тебе нужней.

Он поднялся с кровати и, шутливо поцеловав её в макушку и пожелав спокойной ночи, вышел из комнаты.

Таня сидела до тех пор, пока не обнаружила, что её пальцы сжаты в судорожные кулаки. «А это что было сейчас? Ну, папин расклад, что он не обязательно должен вправлять мне мозги – сама разберусь? – угрюмо думала она. – Неужели моя мама нарушила не только чьё-то нежелание, родив меня, но и законы магов и колдунов? Ведь она наверняка что-то сделала с папой! Надавила на него, что считает даже Назарий чуть ли не преступлением! И не только заставила его жениться на Глории, но и натворила что-то такое, из-за чего он не может мне что-то посоветовать или даже приказать! Но он взрослый! Ну, в смысле – взрослей меня! И он глава семьи – что бы там про себя Глория ни думала! Но решение, что делать мне с собственной жизнью, оставляет… мне же.

И что мне делать? Хоть разорвись! Я ведь и правда привыкла к свободе…»

После некоторого размышления пришла к выводу, что свобода, когда идут сплошные уступки себе, – это плохо.

И решила, что завтра же узнает, как перевестись в академию. Нет, через неделю – вспомнила она о больных двойняшках. Впрочем, узнавать – не сразу переводиться. Узнать можно и завтра, а потом уже перевестись…

Успокоившись на этом, Таня уснула.

… Переход в академию совпал со многими мелкими событиями в жизни, а потому не стал чем-то очень уж трудным и даже важным – в сравнении.