Осенние страницы

Почти доехали до своего этажа, как Оленька вдруг взглянула на старшую сестру и ахнула:

- Танюша! У тебя кровь на голове! Больно, да?! – и сама заморщилась чуть не до слёз от участия.

Таня не сразу поняла, что кровь на её голове – это царапина на её скуле. Но дошло, и, как смогла, утешила Оленьку, а Митенька сурово заявил:

- Ты у деда Назария со зверем дралась, наверное? Из аквариума сбежал, да?

- Ну… - начала Таня, открывая дверь.

- Ничего, мы маме с папой не скажем, - пообещал всё так же сурово Митенька.

«А ведь это идея!» - загорелась надеждой девушка. Она завела детей в квартиру, быстро сняла с них верхнюю одежду и, поглядывая на часы, вымыла их обувку, после чего поспешила в спальню, где двойняшки гонялись друг за другом, передвигая мягкую мебель, которой не повезло оказаться на пути медвежат.

Взяв обоих за шкирки, Таня усадила их на кушетку между узкими шкафами с игрушками и книгами. Сама присела перед ними на корточки. Вздохнув, сказала, стараясь быть убедительной:

- Митенька, Оленька, вы пока маме с папой не говорите про то, чему научились, ладно? Ну, про листья в ладошки.

- А мы не только листья в ладошки! – заявил Митенька, и сердце Тани ухнуло куда-то далеко вниз, но Оленька успела перебить надвигающуюся темноту перед глазами: «Господи, они там, случайно, кого-нибудь не обокрали?!»

- Мы игрушки тоже можем! – наивно обрадовала она, заглядывая в глаза и явно ожидая одобрения. – Танюш, а мы завтра такое сумеем?

- Не знаю, - честно призналась девушка, и двойняшки спрыгнули с кушетки, чтобы хоть сегодня насладиться дивными возможностями своих ладошек.

- Эй, - встревоженно окликнула их старшая сестра, поначалу обалдев и с открытым ртом наблюдая кружение игрушек в воздухе спальни под азартное хихиканье медвежат. – Вы ведь родителям всё это не покажете? Мы же договорились?

- Договорились! – завопил Митенька, толчком ладоней посылая мягкий коврик в виде белки-летяги от одного угла спальни в другой. Причём этот коврик даже не коснулся его рук! Оленька завизжала от демонстрации братишкой новой возможности и послала в воздух плюшевую змейку.

Замерев, Таня следила, как змейка пролетела между другими игрушками, забытыми двойняшками, но всё ещё болтавшимися в воздухе. А когда девушка отмерла, она бросилась на кухню. Трясущимися руками ткнула в кнопку вызвать Назария. Телефон заунывно звонил и звонил. Таня сообразила: старик ушёл в подпространство или в меж.