Мертвяк и снайпер

И что здесь в полях делает такая шишка? Впрочем, меня сейчас больше волнует другой вопрос.

- Значит, это вы придумали устроить резню проклятых в первые дни? Зачем? – и почему мой голос при этом звучит совершенно спокойно? Может быть, потому что сложно испытывать ненависть к трупу? Или в глубине души я верю, что на это были причины?

- Ты ведь человек, один из измененных? Помоги мне! – в голосе духа неожиданно появилась надежда. Неужели он не понимает, что уже все, его не спасти?

- Ответь сначала на мои вопросы, - не думаю, что он мне откажет в такой маленькой просьбе.

- Знаешь, что такое гамбит? Иногда, чтобы победить, нужно чем-то жертвовать, – с появлением надежды и возвращением эмоций голос духа даже звучать начал совсем по-другому. – Давай вернемся в день появления чужаков. Первые сообщения мы получили еще ночью, к пяти утра уже была полная уверенность, что появление пришельцев – это не мистификация. В семь они вырезали две группы переговорщиков. Несмотря на судьбу первых, мы до последнего пытались решить дело миром.

А в десять, как ты, наверно, и сам знаешь, орки и эльфы предприняли первую атаку.

- Как все это связано с моим вопросом? – не выдержал я.

- Не перебивай, - дух Судолатова, казалось, не обратил на эмоции в моем голосе никакого внимания. – Ты просил рассказать почему, и я выдаю тебе все вводные. Иначе как можно понять хоть чей-то поступок? Одна причина, пусть даже самая большая и важная, ничего не значит без контекста, в котором все это происходило. И если ты хочешь именно понять, а не получить новый повод для ненависти к тем, кого ты сам уже давно признал виновными, слушай!

И столько силы было в этом голосе мертвеца – в итоге единственное, на что меня хватило, это кивнуть и предложить продолжать.

- К этому моменту мы уже успели подтянуть войска, убедившись, что переговоры пока невозможны, но рассчитывая, что боевые действия останутся только на линии столкновения, - а ведь он жалеет о том, как все вышло. Человек, который, судя по всему, инициировал убийство тысяч людей по всей стране, точно не делал этого специально.

Неужели, и правда, не было другого выхода? Ну да будем слушать дальше. – Тем не менее, мы выделили девяносто двух оперативников, целью которых был захват вражеских командиров. Захват любой ценой, чаще всего ценой жизни. Потому что, как ты понимаешь, во время реального боя не до осторожности или хитрых планов. Да и время… Казалось, что мы постоянно что-то упускаем, и поэтому информация была нужна как воздух.