Про пряности, снег и трели ветра (путевые заметки странника по мирам)

Я брел босиком по каменистой земле, усеянной разновеликими обломками скал, и острые камни ранили стопы. Обломки покрывали микроскопические капли, похожие на россыпь толченого хрусталя.

Было мокро и скользко. А еще ужасно сыро... Я поежился и обнял себя за плечи, чтобы согреться. На мне не было ничего, кроме костюма Адама, но стыда я не чувствовал. На ресницах оседали крохотные капельки, мешая смотреть.

Хотя на что тут было смотреть? В белом не было ничего, кроме белого. Этакий монохромный вакуум. Я понятия не имел, где нахожусь, я просто шел и шел.

Ватная тишина забивала уши. Я со свистом выдохнул и остановился, переступил с ноги на ногу, грея стопы. В тех местах, куда я наступал, капли стерлись, оставив темный отпечаток моих стоп.

Впереди в молоке промелькнул какой-то неясный силуэт. Я напряженно присмотрелся. Силуэт неспешно приближался, становясь все больше, и в его чертах стало прорисовываться нечто отдаленно знакомое. Я пытался откопать в памяти, где я его уже видел.

Тень, размахивая крохотными крылышками, уже почти достигла того места, где я стоял, и меня осенило — да это же рыба! Завуалированная туманом, она казалась темной, лишенной деталей, и даже когда проплыла мимо, чуть не задев мое лицо плавником, я не смог различить у нее ни чешуи, ни глаз.

Она была тенью, оброненной свечой на беленую стену.

Навстречу мне плыли еще рыбы — с большими вытянутыми телами и приплюснутыми, похожими на молотки мордами. Они проплыли надо мной, как вальяжные немые корабли.

У ног пронеслась стайка мальков. Если стоять неподвижно, можно было увидеть, как они парят всюду вокруг меня. В белом было полным полно рыб: скаты, акулы и окуни, угри и ставриды; те, что проносились совсем рядом, были почти черными, а те, что подальше — едва ли темнее самого тумана.

Наверное, я находился на дне океана, однако меня совсем не удивляло, что я дышу. Или это было неправильно? Я решил глубоко вдохнуть — зачерпнул молоко ртом, и оно полилось в глотку, булькая, закупоривая трахею.

***

...я проснулся в горячем липком поту. Взопрела даже голова под волосами. Одеяло свалявшимся комом лежало на полу. Я не сразу смог вспомнить, где вообще нахожусь — после такого-то дурного сна!

Пришлось шарить глазами по помещению, но здесь было слишком темно и тихо, точно меня закрыли в банке.