Алхимик

— Угу, — кивнул я, отводя руку.

Мужик напрягся, думая, что я снова что-то брошу. Но я поступил иначе. У него за спиной находилось место, где мы с Сергеем рубили дрова. Там же всегда лежал под навесом топор. Который я обработал и добавил ему свойство подобия. Топор, вращаясь, пролетел разделяющее нас расстояние и врезался острием мужику точно в затылок. Тот замер с удивлением на лице, сделал пару шагов в мою сторону и рухнул на колени.

На этот раз я тоже понадеялся, что всё закончится. С такими ранами не живут.

Но эта сволочь потянулась руками к топору, нащупала лезвие и попыталась его вытащить. С хлюпающим звуком он смог это сделать и, я не поверил своим глазам, начал вставать. Постепенно его взгляд становился всё более осмысленным и злым.

Да что это за монстр такой?!

Рванув топор на себя, я вырвал его у него из рук. Перехватил за рукоять, размахнулся и бросил обратно. При желании я мог управлять полётом, поэтому и в этот раз снаряд вошёл как надо, прямо в грудь. Мужика откинуло, он рухнул на спину, но остался жив.

В этот раз я подробностях увидел, как он вытаскивает оружие, а его раны тут же затягиваются.

Когда я снова попытался выдернуть топор, не получилось. Этот мутант схватился крепко. Мой рывок ему ещё и встать помог. Он прыгнул в мою сторону, сорвавшись на бег. Разделяющие нас метры пролетел меньше, чем за две секунды. Я успел дернуться, но не уйти от удара. Замахнулся он как-то хитро, лезвие топора вошло мне в живот, отбрасывая далеко назад.

— Ну, вот и всё, — наклонился он надо мной.

Я чувствовал, как по губам побежала кровь, а силы начали стремительно покидать меня. Что, это конец? Какой-то глупый.

Мужик убедился, что я не встану, и побрел куда-то, шатаясь. Я видел его удаляющуюся спину и думал, что, только начав нормально жить, подохнуть от рук ублюдка будет неправильным. Ладони сами нащупали рукоять. Я надавил, но лезвие так туго вошло, что не получилось вытащить. Вспомнив, что я алхимик, как-никак, выставил ладонь и вытолкнул топор от себя.

Живот вспыхнул огнем, но я почему-то оставался жив, лишь почувствовав, как внутренний запас жизненных сил стремительно уменьшился на треть.

Чудо, но я смог подняться. Руками ощупал живот, но вместо глубокой раны нашел там свежий рубец.

Мужик увидел, что я встал. Нахмурился, оскалился и бросился обратно. Думать, что вообще происходит, времени не было. Я сложил печать и ударил ею в землю. Когда противнику оставались считанные метры, он провалился вниз.