Есть ли у города душа? (первый черновик)

Простите, Том, похоже, я буду вынужден вас покинуть.

– Я просил вас, не уходить... а черт! – инспектор, кажется, заметил Тома, лишь когда подошел к столу. – Вы еще! Что вам понарассказывал этот безумец? – вопрос был задан шепотом, сквозь стиснутые зубы, но требовательным тоном, подразумевавшим незамедлительный и подробный ответ.

– Ничего особенного, – начал было говорить Том, но инспектор тут же его перебил.

– Ну и не берите в голову! И вообще, покажите-ка ваши документы! Я вас запишу, явитесь в Управление для разъяснений.

Там разберутся, не услышали ли вы чего-то неположенного!

Том выудил из кармана удостоверение – тонкую зеленую книжицу размером чуть меньше ладони – и вручил ее инспектору. Тот повертел документ в руках и вернул, не открывая.

– Коллега, значит, – процедил он, – могу я попросить вас не писать об этом инциденте в отчете, если от вас потребуется?

– Ваш друг не рассказал мне ничего, что бы составляло тайны, – Том на это искренне надеялся, – и не пытался ничего выведать у меня.

– Славно! Простите за беспокойство. Но господину Носову пора домой – он многозначительно покосился на Петра, и тот ответил ему добродушной улыбкой и поднялся.

– Люблю ваш город! Здесь приезжий никогда не чувствует себя одиноким.

Бледное лицо инспектора начало покрываться красными пятнами:

– Сколько же говорить! Вы ниоткуда не приехали!.. Идемте, идемте...

Рядом с тяжелым и неторопливым в каждом своем жесте Петром суетящийся инспектор казался стрижом, мечущимся вокруг скалы.

И стоило им только выйти за порог, как стриж этот начал что-то негромко голосить, но слов было уже не разобрать – дверь захлопнулась, и единственное доказательство того, что где-то еще существовали другие города, не оставило от себя ни следа, кроме пустой суповой тарелки с ложкой.

«И о чем я только думал? Конечно же никто не позволил бы приезжим жить в гостинице. Наверное, у них комнаты в Управлении или на специальных квартирах».

Том посмотрел вверх, на потолок. На втором и третьем этаже должны были находиться номера, но теперь он не сомневался, что большая часть из них заколочена, а в остальные изредка заселяются местные. Если, конечно, такое вообще дозволено. Гостиница существовала по единственной причине – чтобы была. «У всех, должно быть, есть гостиницы, а чем мы хуже?».

Вот в городе у моря, наверняка, построено несколько гостиниц.