Есть ли у города душа? (первый черновик)

– Что ж, по крайней мере, хотя бы ты цел. Лампа?

Уже через несколько секунд в руках Тома оказался ночник, который всегда стоял на прикроватной тумбочке. На круглом стеклянном колпаке обнаружились несколько трещин – либо что-то ударило по нему, либо сон был не очень аккуратен со своими клыками – но когда маленький переключатель щелкнул, светляки внутри начали разгораться и метаться, испуская мягкий свет.

Первое, что проявилось из темноты, – пара красных внимательных глаз. «Вдруг я умер? Вдруг мы оба умерли?» – было слишком темно, и казалось, что если крикнуть – звук застынет или будет биться вокруг бесконечным эхом.

Том почувствовал, как острые клыки мягко, но настойчиво сжали его локоть и как горячая слюна начала пропитывать рукав пижамы.

– Я спокоен. Клянусь, – голос предательски дрогнул.

Рыжий не поверил ни единому его слову, но с неохотой освободил руку Тома и демонстративно отвернулся. У этого сна были слишком высокие требования к человеческой выдержке и решительности.

«Впрочем, если я так и продолжу стоять тут и трястись, то пусть тяпнет меня посильнее».

Том подался вперед, держа лампу в вытянутой руке, но тут же отпрянул к стене: из темноты выплыло нечто огромное и плоское, мелькнуло в круге света, пропало, появилось вновь. Том рассмотрел длинные в два пальца толщиной костяные спицы, между которыми были натянуты кожистые серые мембраны. Формой это нечто напоминало странный веер, оно крепилось к округлому чешуйчатому боку, занимавшему, насколько можно было судить, все пространство от пола до потолка.

Это невиданное нигде прежде чудовище, похоже, забило своей тушей всю комнату – свободной остался лишь один угол, в котором стояла кровать. Том осторожно прошел вдоль отведенных ему владений – длина кровати да еще четыре шага. Он не нашел ни единой щели, где мог бы хотя бы просунуть руку. Да и зачем? Ему и без того сказочно повезло не быть раздавленным, к чему теперь щекотать смерть и добровольно карабкаться в пасть к этой дикой зверюге? Да и где искать эту пасть?

Было ли чудовище обращено мордой к окну, двери или стене?

Том стер пот с лица.

«Тесно. Вот в чем дело».

Никогда прежде он не чувствовал себя замурованным: впереди непреодолимый бок, справа и слева – мрак, упирающийся в стены. Задохнется здесь, и когда его жалкое, одетое в пижаму тело отыщут, то кто-нибудь непременно скажет: «Что за нелепая смерть!».