Есть ли у города душа? (первый черновик)

– Как звали ваших родителей? – Охотник перебил его в крайне невежливой манере.

– Меня воспитывала Тетушка.

– Да-да. И все же, что случилось с вашими отцом и матерью?

Вопрос поставил Тома в тупик. Он никогда не задумывался об этом. У него была Тетушка, и это казалось вполне достаточным. Родители… Должно быть, когда-то у него были родители. А как иначе? У всех они есть. Но почему-то он о них никогда не вспоминал.

– Не знаю, – ответил Том честно. – Не помню, чтобы когда-то их видел.

– Потому что у вас их никогда не было, – сказал Охотник угрюмо, – по крайней мере, человеческих, – сколько раздражения вложил Сорокопут в это слово «человеческих»! – Вы «человек» совсем другого рода.

– Вот еще. Зачем мне это?

– Так надо, так положено! Все должны помнить, кем были, тогда... тогда... – Охотник в сердцах махнул рукой.

Перед тем как он развернулся и ушел, не прощаясь, Том успел прочесть в его взгляде невысказанные слова: «Вы вспомните, что потеряли, и тогда будете тосковать.

Том хмыкнул, не понимая, с чего бы это ему вдруг оказаться не тем, кто он есть, и зачем по чему-то тосковать. Он любил свою жизнь, особенно, когда дни выдавались тихие. Сорокопут же явно слишком привязался к своему птичьему прошлому, но это просто ребячество. Что могло быть лучше, чем быть человеком?

Воровка бы наверняка согласилась с ним. Том нахмурился. Воспоминания о ее обмане принесли с собой ощущение болезненной усталости. Не хватало только еще нагружать себя разочарованиями, перемешанными с осколками старой дружбы.

...Поздним вечером, когда Том сидел за столом в своей небольшой комнате и пытался починить загубленное пальто, что-то тихо постучало в окно. Рыжий мгновенно перестал жевать ножку кровати и подскочил, зарычал, шерсть его встала дыбом

Том отложил иголку, прислушался. Стук повторился.

– Тихо, Рыжий.

Он подошел к окну, но не смог ничего рассмотреть, упираясь взглядом в собственное отражение.

Том открыл окно, уже готовясь отчитать позднего шутника, но в то же мгновение в комнату вместе с холодным ночным воздухом впорхнула маленькая рыба.

Она важно, точно ее кто-то пригласил, полетела к Рыжему, который уже приветственно размахивал хвостом, и устроилась у него на макушке, не встретив никакого сопротивления.

«Одним больше, одним меньше», – мрачно подумал Том и закрыл окно.

Глава 14. Идолы

В большом зале Управления собрались с десяток инспекторов.