Ник и все прочие

Гигантская, угольно-чёрная африканская кошка, подаренная королём Испанским, дальним родственником. Кошка жрала кучу мяса, гадила и толку от неё не было ни на грош. Что с ней делать, никто не знал.Плюнув, Ник повернулся, побрёл к центральному входу, поднялся по неровным плитам, вошёл в главный зал. В который раз удивился, как может быть так мерзко, сыро и темно в жилом помещении. Здесь было слишком много камня. Голого, сырого, холодного, давящего своей наготой и дикостью, неприкрытой декором массой и неприступностью.

В плошках, развешанных по стенам, чадили фитили, пропитанные тюленьим жиром. Они трещали, разбрасывая копоть, искры и вонь. Лишь перед обширным камином было освещенное, уютное пространство. Справа в тени громоздился обеденный стол с мраморной столешницей. На нём стояли литые подсвечники, сейчас невидимые.- Прорицатель пришёл, - Казах стоял за спиной, громоздкий, тяжёлый, отсвечивающий чешуёй кольчуги.Начальник войск, по общему мнению - любовник Гертруды (Гертруды?), сестры, жаждавшей власти, он был другом детства, поверенным всех тайн, но скрывал намёк некой угрозы, чего-то непонятного. Ник не опасался его, хотя перспектива их отношений была туманной. И дело было не только в Гертруде.Казах в глазах соседей слыл искуснейшим дипломатом, знатоком всех тайн дворцовой Европы, и потому при желании мог ВЛИЯТЬ. Заполучить его в своё окружение хотели-бы многие предержащие. Он отлично знал о своей нужности и незаменимости, но не выпячивал её, будучи умным человеком, подчёркивал свою второстепенность, что обезоруживало людей, а потому делало его ещё более опасным. В нём таилась угроза, прикрытая терпимостью и объективностью, его мнение редко вызывало неприятие и пользовалось авторитетом. Но, высказывая его, иногда он не мог сдержать критическую улыбку в углах тонких губ.- Не знаешь, какого ему чёрта?Казах скрипуче пожал плечами:- А ты чего-то ждёшь от него? Как обычно, наверное, конец света, смуты великие, перевороты... Да и денег, конечно, хочет.- Я давно хотел спросить, Лёха, - Ник СЕЙЧАС мог позволить себе задать вопрос. - Ты не лезь в бутылку...И всё-же он замялся, ну, не умел он вот так, в лоб.- Хочешь, я за тебя скажу? - спокойно сказал Казах. - Дворцового переворота можешь не опасаться.- А...- Гертруда? Что-ж... это проблема. Но это моя проблема. Если я узнаю, что она затевает смуту за спиной, ты тоже об этом узнаешь.И всё-таки Ник чувствовал себя поганно, будто залез другу в карман. И легче не стало.- Что-ж, давай этого придурка.