Пилигрим

Ну, они ей - ты можешь уйти, говорят, конечно, но тогда ты никогда не узнаешь правды! А она, конечно, такая, ах-ах, я всё бросаю и иду с вами... И на другой день она погибает, так и не узнав обещанной грёбаной правды. И я вот думаю, дура отказалась от счастья, спокойной, нормальной жизни, и ради какой-то правды, которая, возможно, и не принесла-бы ей никакой радости, а даже наоборот. Вот и скажите мне, оно того стоит? Кому нужна такая правда, из-за которой можно сдохнуть, просто так, уйти от жизни и из самой жизни, от всего отказавшись, что и составляет нашу жизнь.

Тем более наше предназначение от нас скрыто... Кому это нужно? По мне, так эта девчонка просто и не имела того, чем стоило дорожить, и не хотела иметь, если её задницу так просто потянуло на экстрим!- А твоя задница как настроена? - с подковыркой спросил Матвей.- Пусть тебя это не тревожит. Я порву того, кто попытается отвлечь меня от того, что у меня уже есть, и надеюсь, что не придётся лезть в могилу за ради проблемного возможного успеха. Мне и сейчас хорошо, и надеюсь. что будет лучше. А?- Нет, ничего. Полностью с тобой согласен. Конечно, интересно узнать суть всего, что происходит, но лучше увидеть это на экране, сидя в уютном кресле.3. — Вы слышали, конечно, о строительстве Вавилонской башни? Проект разозлил Бога, башня должна была достигнуть Царства Его, а это нарушило-бы экосистему. Поэтому языки строителей были смешаны, взаимодействие стало невозможным, и проект заморозили. Прошло время, на стройках стали работать гастарбайтеры, которые в членораздельном языке не нуждались, нашёлся спонсор, и башню всё-таки достроили. Жилплощадь, естественно, распродали по ипотеке, не пропадать-же добру. Чем выше, тем дешевле. Верхнюю квартиру купил человек совсем бедный, вынужденный расплачиваться, экономя на всём. — Парфенон решил отойти от традиции, и на этот раз для разнообразия рассказать притчу-анекдот. Сам он его придумал, или набрёл на него в пустынях сети, история умалчивает. — В конце концов человек, доведённый до полного отчаяния, решил расстаться с несчастной жизнью, и во время очередного отключения горячей воды спрыгнул с балкона, и я его не осуждаю. Чего он не учёл — высоты башни. Пока он летел до земли в ожидании страшного удара, долженствующего покончить с его незавидным жизненным путём, прошло очень много времени, столько люди не живут. Пришлось ему умереть от старости. И его, по людскому обычаю похоронили, на Северном кладбище в Девяткино, за Мурьинским ручьём.