Темный призыватель. Том 4

Еще немного — и он просто убил бы себя, не видя смысла в своем существовании, но вместо разбитой личности пришла другая. Иная. Управлять которой будет сложнее.

Несмотря на это все, вердикт Эльзы был однозначным: парень стабилен и действительно может выступать в роли главы фирмы. Причем его маниакальное желание исполнения взятых обязательств перекликается с тем, чем ему предстоит заниматься. Наша блондинка под конец еще призналась, что ей интересно изучить такой экземпляр поближе. С учетом того, что Засекин был последним в роду и в то же время являлся магом, картина получилась довольно интересная.

— Добро пожаловать, господин, — поклонился мне Степан, стоило только мне пересечь порог офисного здания, которое было выкуплено для организации деятельности «Алтеи», благо сейчас финансовый поток становился все больше и все последние затраты в скором времени должны окупиться.

Засекин был в черном пиджаке, который только подчеркивал модельную внешность парня, в более молодом возрасте скрытую длинными волосами и одеждой не по размеру. Сейчас же перед нами предстал молодой парень всего лет на пять старше меня. Ранее русые волосы Степана были выкрашены в черный цвет, и в ровном проборе не было ни одного волоска, который бы выбивался из общего ряда. Да что там, даже торчащий из верхнего кармана кончик платка был расположен именно под тем углом, который принят.

В плане своей внешности Засекин был педантичен до невозможного. Видимо, вследствие того, каким он был раньше и желание как можно меньше походить на себя прежнего.

— Я же говорил, что ты можешь обращаться ко мне по имени, — мягко улыбнулся я, смотря, как подобрались работники фирмы, впервые увидев меня.

Точнее, их поразило, как глубоко поклонился мне Степан, который не создавал впечатление человека, подчиняющегося кому-либо. Я уже успел убедиться, что парень был властным и не терпел того, когда что-то выполнялось без должного старания.

И да, Степан дал мне вассальную клятву, войдя в мой род на правах младшего рода. И именно это изменение в своей жизни он со всем своим усердием отрабатывал.

— Простите, Егор Николаевич, — сверкнул он своими серо-зелеными глазами из-под оправы дорогих очков. — Но иначе никак нельзя.

— И почему меня окружают такие упрямцы? — тихо проворчал я.

— Может, потому, что вы сам такой? — удивил меня Степан своей дерзостью.