В ловушке снов

Если уж по улицам среди бела дня разгуливают столь неприятные создания, то что же творится под землей?

Мелкий зловещий перестук, послышавшийся сверху, разрешил их сомнения. Все-таки тварь смогла пройти по лестнице, а значит скоро будет здесь. Надо спускаться в метро, что бы ни ждало их впереди.

Эскалатор стоял. Глядя на его местами проржавевшие ступени, трудно было поверить, что он вообще когда-то двигался. Преодолев эскалатор, Тари с Мареком оказались на станции, темной и безликой, на первый взгляд похожей на любую станцию пражского метро.

И все-таки Тари попробовала разглядеть название на стене, но столь простое действие оказалось ей не под силу. Буквы плясали, менялись местами, порой складывались в узнаваемое слово, которое никак не удалось прочесть. Ничего удивительного, даже в осознанных снах ей сложно давалось чтение, а про обычные и говорить нечего.

Они стояли посреди заброшенной станции метро, где, завывая, гулял ветер и понятия не имели, что делать дальше. Стоило сверху показаться зловещему зеленоватому свечению и послышаться ненавистному звуку костей, стучащих по ступеням, как Тари мигом забыла о таких глупостях, как название станции.

— Куда нам теперь бежать? — она в отчаянии повернулась к Мареку.

— Вперед, — он упрямо сжал губы. — Вперед, пока не упремся в стену.

Тари так устала бежать, что уже почти хотела, чтобы впереди их ждала стена. Ее желанию суждено было сбыться на странный манер. Вместо стены с другой стороны станции показалась еще одна тварь. Разглядывать очередное чудище у Тари не было ни сил, ни желания.

Она резко повернулась туда, откуда должна была явиться костяная змеища, а та уже наполовину миновала эскалатор и двигалась к людям.

— Ну вот и все.

В душе Тари обреченность мешалась с облегчением смертельно уставшего человека, который предпочтет любой конец дальнейшему бессмысленному сопротивлению.

Марек не спорил. Он обнял Тари, крепко прижав ее голову к своей груди. Так и правда легче. Детское убеждение, что если закрыть глаза и не видеть опасность, то и сам становишься для нее невидимым.

К невыносимому монотонному звуку, который становился все ближе, добавился другой, далекий и смутно знакомый. Марек, похоже, тоже его услышал.

— Что это? — встрепенулся он, отпуская руки.

— Где? — Тари вовсе не жаждала покидать спасительные объятия, вновь оказываясь лицом к лицу со страшной реальностью.

— Ты слышишь этот звук? Он похож на…

— Поезд! — хором воскликнули оба, увидев ослепительный свет.