В ловушке снов

Завуч, прозванная Мымрой почти единодушным мнением учеников и педагогов, втирала что-то про посещаемость и показатели успеваемости.

  —  А теперь о результатах тестов на остаточные знания,  —  голос Мымры доносился откуда-то издалека, создавая шумовой фон вроде комариного писка летней ночью.

  —  Тарья Аркадьевна, вы, кажется, меня не слушаете,  —  обращение по имени-отчеству противно резануло уши,  —  тогда как результаты тестов в ваших классах оставляют желать лучшего.

  —  Мы все знаем, что Тари...я Аркадьевна — прекрасный педагог,  —  Евгеша тут же ринулся на защиту подруги.

Так бывало уже не раз. Во-первых, рыжий историк был настоящим рыцарем, по крайней мере, во всем, что касалось Тари. Во-вторых, ему было совершенно плевать на собственную репутацию в глазах школьного начальства. Работой учителя он не дорожил, а оттого ни черта не боялся.

 - Вам бы, Евгений Николаевич, не за коллегу заступаться, а о себе подумать,  —  прошипела завуч.  —  В ваших классах результаты ниже предельного порога.

  —  Кто же виноват, что школьники — такие тупицы?  —  Евгеша пожал плечами.

  — А может быть, проблема не в детях, а в некоторых учителях, которые наплевательски относятся к делу?  —  Мымра прямо сочилась ядом.  —  Например, у меня показатели, близкие к ста процентам.

  —  Какие наши годы, Анна Филлиповна. Лет через сорок у нас с Тари тоже обязательно будут высокие показатели,  —  ослепительно улыбаясь, заверил Евгеша.

Тари, не выдержав, прыснула. Очень уж смешно выглядела Мымра с выпученными глазами на пунцовом лице. Некоторые учителя тоже прикрывали руками нижнюю часть лица или отворачивались.

  —  Вы забываетесь!  —  взвыла завуч, как только к ней вернулся дар речи.

  —  С удовольствием,  —  тот и бровью не повел.  —  Спасибо! Очень домой хочется. Пока, Тари,  —  прошептал он.  —  Сохранись. Потом доиграем.

  —  Ну уж нет,  —  сама от себя не ожидая, она вскочила.  —  Я с тобой!

Евгеша не стал ее отговаривать.