В ловушке снов

Другое дело, в мире действует очень много разных сил, и наивно было бы считать, что в той же Праге за любые проявления необычного в ответе лишь пятеро сновидцев. Пойми меня правильно, я не исключаю, что разрушение  — следствие действий Богдана, но отнюдь не уверен в этом. 

 — Ясно,  — протянула Тари, поймав себя на том, что вновь выковыривает камешки из Инварова моста.  — Но что нам делать? Вводить предложенные Вацлавом ограничения? 

 — Я бы, кстати, не спешил, хотя бы для того, чтобы проверить причинно-следственные связи.

 — То есть, считаешь, можно оставить все как было? И в отношении меня? 

 — Что в отношении тебя?  — он насторожился. 

 — Могу ли я пробовать свои силы в настоящих кошмарах или мне не стоит высовывать нос дальше тренировочных сновидений, пока все не прояснится? Вацлав с Эльзой за меня переживают. 

 — Я тоже за тебя переживаю, Тари. Как и за всех своих учеников. Наверное, непросто поверить, но мне всегда немного страшно отпускать новичка в свободное плавание по океану сновидений.

 — То есть, ты не против моей практики в настоящих снах?  

 — Предлагаю компромисс. Я разрешаю тебе рабочие сновидения, но пока не чаще, чем раз в две недели.

 — Идет!  — обрадовалась Тари. 

Может и не идеальный вариант, но гораздо лучше, чем ничего. 

 — Надеюсь, твоих опекунов такие условия тоже устроят. Я поговорю с ними. 

Пользуясь хорошим настроением наставника, Тари решила рискнуть и вернуться к тому, с чего начинала. 

 — Значит, ты не расскажешь мне про Совет?  — как можно невиннее, словно между делом, поинтересовалась она.

 — Ох, ну и любопытная же ты,  — он покачал головой, но строгое выражение лица не вязалось с весельем в глазах.  — Впрочем, любопытство  — бесценное качество для любого начинающего, и не только для начинающего. Любопытство  — антипод сомнений и страхов и лучшее оружие против них. И если в топку любопытства не подбрасывать дров, оно со временем угаснет. Если честно, мало что может быть хуже для человека.