Судный день

А двойник тем временем продолжал причитать:

— Матери-настоятельницы требуют, чтоб я отдал приказ и направил армию на кланы! Они хотят, чтоб я воевал с ними! Они же меня убьют! Что мне делать, Великая?

Он с мольбой уставился на неё, Каннон зло нахмурилась. Как же сейчас был жалок этот двойник. И как только из генов Амара Самрата могли получаться такие жалкие клоны? Всё-таки сильная душа и слабая сразу видна пусть и в одинаковых телах.

Ох и зря же Амар растил своих двойников в таких тепличных условиях. Изнеженные, инфантильные, самовлюблённые. С одной стороны она понимала, что Амар воспитывал их так исключительно для того, чтоб у неприкасаемых даже мыслей не было покинуть храм или не дай Боги задуматься о своей участи. Но теперь Каннон предстоит это всё расхлёбывать и едва ли ей нравилось такое положение вещей.

— Где они? — раздражённо спросила Каннон, затем повернулась к Стражу: — И почему мне никто не доложил, что Накта во дворце?

— Вы были заняты более важными делами, Великая, — холодным тоном ответил Страж.

Каннон обдала его испепеляющим взглядом, затем снова уставилась на двойника:

— Где они? Они ещё во дворце?

Двойник испуганно закивал:

— Да, Великая. Они в малой приёмной, на моём ярусе. Я сказал, что мне нужно отлучиться, а сам сразу же к вам.

Каннон не стала дослушивать двойника, а стремительно зашагала к лифту, мысленно сокрушаясь, что поспать ей так и не дали. Она потянула силу, пытаясь хоть немного взбодриться, но слишком часто она прибегала к такому восполнению. Тело отказывалось восстанавливаться, так как внутренний резерв почти иссяк.

Матерей-настоятельниц она и вправду нашла в малой приёмной. Уже знакомая ей пожилая мать-настоятельница Навиль и другая женщина, помоложе: лет пятидесяти, с лишним весом и недовольным лицом, кажется её имя Хамия.

— Приветствую вас, последовательницы великой пророчицы Ямины, — чрезвычайно официально сказала Каннон и торопливо зашагала к императорскому столу.

Навиль недовольно поджала губы, Хамия едко произнесла:

— Я так и знала, что Великая Бодхи не сможет обделить нас своим вниманием.