Судный день

— Ты должен сказать правду, иначе я могу счесть тебя предателем, Джамир. Решить, что ты и вправду замешан в убийстве Ашанти. И тогда мне придётся тебя казнить. Подумай хорошо, Джамир. О своей судьбе, о родителях. Говори, у кого ты видел этот пузырёк и зачем его взял?

— У девушки из Накта Гулаад, — пробормотал Джамир, так и не посмев посмотреть на Зунара.

— Если ты к этому непричастен, тебе нечего опасаться.

— Нет, она из борделя. Из борделя Сорахашер.

Джамир поднял глаза, опасливо взглянул на отца, а Михан сразу понял, потому что тут же его лицо перекосило от гнева.

— Скажи её имя, — Зунар произнёс это очень тихо, но я смог прочитать по губам.

Джамир ответил, казалось, ещё тише:

— Лейла.

Михан шумно гаркнул, то ли пытаясь откашляться, то ли гнев настолько овладел им, что он начал задыхаться.

Я же тоже все понял. Теперь все встало на свои места. Орден допустил ошибку. Они не пытались подставить Джамира, они надеялись убить Ашанти, сорвать обряд, заставить оба клана в ярости натворить глупостей, подозревать всех вокруг, но главная цель — это заставить боятся. И скорее всего убийства бы продолжились. Вот только мы слишком быстро нашли убийц. Но теперь я опасался предполагать, что еще могут предпринять Накта Гулаад.

— Хотите сказать, что шлюха из Сорахашер зачем-то убила Ашанти? — громко спросил Роэн. — Зачем ей это?!

Все молчали, недоумённо переглядываясь. Зунар поджал недовольно рот, взглянул на меня. Теперь и ты понял, что я не выдумывал по поводу ордена. Что ж, всё равно мы не могли это предугадать и изменить.

Все молчали, потому ответил я:

— Это не Лейла.

***

Яран Рам был в ярости. Как впрочем, и Зунар. Но Зунар, по крайней мере, вёл себя более сдержанно.

Мы вернулись во дворец Рамов вместе с остальными гостями. Было решено перенести свадьбу на завтра. Хотя бы на завтра. Я не представлял, как бы Зар-Зана сегодня в таком состоянии шла к алтарю.