Изощрённое возмездие

   Милёха поёрзала на стуле и с недопониманием спросила:

   – Куда ты клонишь?

   – Мой человечек видел, как именно эта особа слонялась по трущобам и советовала нищим как зажить новой и припевающей жизнью. И какого было его удивление, последовавшего за странной, редкостно доброй до тошноты девушкой, проявить любознательность и стать свидетелем того, как она проводила нехитрый ритуал и молит о помощи Высших сущностей. Она использовала то ли белый порошок, то ли соль, словом, знала, что делала.

   – Это должно меня удивить?

   – Слушай дальше! Ты думаешь, что это всё, нет дальнейшей раскрутки? Ну и что, что инквизитор связался с рисковой девкой, решившей поставить на карту своё здравомыслие в угоду беднякам, так? Да вот только народу-то в трущобах знатно поубавилось, и те люди более и носа там не кажут! Им, работящим, теперь там не место. И я думаю, что такая разительная перемена в десятках людей, из которых есть и калеки, это проделки… этой ведьмы!..

   Милёха усмехнулась.

   – Инквизитор и ведьма? Не верю.

   – Знаешь, а контраст между характерами и призванием в жизнь как-то влияет на людей, как-то сближает противоположности. Уж и не знаю, почему, но это частенько бывает именно так.

   – Где они проветриваются?

   – Постой-постой, ты не попрёшь сразу против двоих.

   – Я выжду нужного момента и нанесу удар.

   Гемиль отрицательно закачал головой.

   – Ох и не нравится мне это… Вот совсем не хочу говорить тебе об этом, а всё же понимаю, что без правды ни тебе, ни мне спокойствия не видать.

   Милёха выразила признательность и наперекор призыву Гемиля остановиться вышла из его кабинета.

   29.06.2020. Лебединский Вячеслав Игоревич.

Глава 35. Не этого они ожидали.

   Ветер перемен, берущий начало с поднебесных гор, ураганом проносился через пышные леса и задувал к Ларнуэлю. Луна щедро изливала мертвенно-бледные остатки солнечного света. В безоблачном небе стали замечаться крапинки блестящих и как бы драгоценных звёзд, под которыми, у берега моря, держась рядом, неспешно прогуливались Лауна и Скарамун.

   – Я сегодня сама на себя зла… – прошептала она.