Изощрённое возмездие

Это для того, чтобы мы, осерчав, не пошли губить близких своих корешей. Такое раньше уже случалось, но новые правила кодекса нас, скажем так, сдерживают.

   – Тогда скажите мне о Маргусе.

   – А говорить особо нечего. С виду он культурный, но оченно хитрый. Уговорил меня воздавать ему плату за обучение моих людей. Приходится платить ему больше обычного. Старый друг, называется!.. Но своё дело он знает – умеет вымуштровать мальцов так, что за них впоследствии становится нестыдно.

   – Создаётся впечатление, что он что-то не договаривает.

   – Да все мы терзаемся разными мыслями и сомнениями. И всё же стараемся держать язык за зубами, чтобы не прослыть слабаками. Сама пойми, сходил на дело, выполнил контракт, на душе тяжкий груз, хочется выговориться, а внутренняя гордость не позволяет развесить нюни. И от этого ещё дряннее на душе, что не можешь раскрыться. Вроде есть кому, и знаешь, что они то же самое чувствуют, а, зараза, не принято так и всё тут!

   – Вы будто бы тоже темните и стараетесь уходить от темы.

   – Милёха, да я за тебя боюсь! Мечтаю отговорить тебя от мести.

   – Но знаете, что не сможете.

   Гемиль сокрушённо вздохнул, и, похлопав себя по лицу, будто бы пытаясь прийти в себя, сказал:

   – Я устал отвечать на твои вопросы. У меня уже крыша едет. Ещё немного, и у меня голова закружится. Мне вообще воздуха не хватает и надо бы проветриться.

   Он опёрся руками в подлокотники кресла и сделал движение, но замер, услышав:

   – Сядьте.

   – Да что же такое-то… Сколько ты ещё будешь меня изводить?.. Никто из здешних так не давит, как ты…

   – Скажите о Кезласе.

   – Не хочу на него лишнего наговаривать. Он всем нам очень ценен. Нет специалиста в ядах более смышлёного, нежели он.

   – Ещё что-нибудь?

   – Ну… Он немного нечист на руку. Любит подворовывать по мелочам, да мы уже привыкшие, не обращаем внимание на его шалости.

   – Что за заслуги?

   – Он поставляет нам совершенно все ингредиенты для ядов, сам добывает в лесах или покупает с чёрного рынка. Он помогает Маргусу с бумагами по покупкам еды и снаряжения, – а это кипы записей! Видешь ли, Маргус ужасно плохо считает, но дела вести словесно умеет очень даже.