Пандемия

– Если у вас или у ваших детей появятся симптомы, сразу сообщите нам, хорошо? Это очень важно.

– Хорошо.

– Вы или ваш муж знаете некоего Жан-Поля Бюиссона?

– Я, во всяком случае, не знаю.

– Вы можете дать мне точные сведения о том, что делал ваш муж за последнюю неделю? Скажем, со среды.

– Я… Я не знаю… К чему эти вопросы?

Амандина вздохнула и сделала знак врачу, что намерена войти в палату.

– Я пытаюсь понять, как он заразился гриппом.

Жоан говорил по телефону, он махнул рукой Амандине, чтобы входила без него.

Она сделала глубокий вдох и шагнула в ров со львами.

20

Тео Дюрье не спал, но явно чувствовал себя скверно, лежал на больничной койке, глядя в потолок. Амандина подошла ближе, но оставила между ними добрый метр дистанции. Главное – не терять бдительности. Она играла с огнем. Вирус был здесь, в полной боевой готовности, подстерегая момент, чтобы проникнуть в ее дыхательные пути.

Она представилась и повторила вопросы, которые уже задавала предыдущему больному.

Тео Дюрье выдавил из себя ответ между шумными вздохами:

– Я… я не знаю, жил как обычно. Работа, метро, один раз пообедал с коллегой в пиццерии, дважды около полудня совершал пробежки.

Амандина записала имена, которые он с большим трудом ей продиктовал.

– Вечером я… еду прямо домой, полчаса на метро. Я бухгалтер на набережной Орфевр, тридцать шесть. Работаю в административном отделе…

Амандина записала и продолжала расспрашивать. Как и у Бюиссона, никаких контактов с дикими животными, никаких путешествий.

Молодая женщина записывала все, что можно, но ясности это не добавляло. У Дюрье и Бюиссона болезнь проявилась одновременно, они наверняка были в достаточно продолжительном контакте с одним и тем же человеком, который передал им вирус где-то в среду. Но кто это был? И где состоялся контакт?

Она вышла из палаты, было уже около половины пятого. Жоан поднял свой мобильный, подходя к ней.

– Я только что говорил с Жакобом. Готово дело, начинаем кое-что узнавать о нашем вирусе.

И новости нерадостные.

– Рассказывай.

– Во-первых, вирус, найденный у лебедей, абсолютно идентичен вирусу первого обнаруженного случая у человека. Амандина, это один и тот же штамм.

Худшая гипотеза подтвердилась. Грипп заражал и птиц, и людей. Значит, мог перескакивать с одного вида на другой.

– Наш «H1N1/Маркантер/11/2013» содержит гены нескольких вирусов гриппа, птичьего, свиного и человеческого. И от него нет никакой защиты.