Хранитель 7 отражения

Не было ни судорог, ни предсмертного воя, как в голливудских блокбастерах. Монстр просто сдох. Клинок медленно вышел из тела чудовища. Рука, неестественно вывернутая упавшим на нее противником, пропитывалась нарастающей болью.

— Сломал, - одновременно проговорили и Кирилл, и джинн.

— И что дальше? Мы так и будем там валяться? – джинн обернулся к Киру и вопросительно поднял бровь.

— Конечно нужно выбраться. Только я не представляю, как. Я вообще мало что понимаю. Я-то тут, а мое тело там.

— Ну, как раз это-то объяснимо, - джинн поднял руки развернутыми ладонями к Кириллу, будто сдается.

— Какое желание? – Кир опешил от такого поворота. Он-то точно не просил ничего у этого духа.

— Ну как же? Когда ты одел кольцо, о чем ты подумал?

— Я не помню уже. Но, я даже не знал о тебе.

— Ты подумал, что обязан спасти себя и Глеба.

— Все эти смерти – спасение меня и Глеба?

— Я же говорил, что первое желание – ошибка. Да вот только я был уверен, что ты хотел именно этого. Ты что, правда думал, что те юноши у дороги извинились бы и ушли? Или, может, ты уверен, что Жаба не проглотил бы тебя? Да он бы уже на следующий день срыгнул тебя своим домочадцам на ужин. Жрали бы, причмокивали, и хвалили отца за дивный ужин. А я бы закончил свое существование в отходнике, смешанный с дерьмом лягушачьим.

— Я уже начал думать, что проклят. Я решил, что вся нечисть в моем окружении погибает из-за моего проклятья, и мне необходимо уйти из этого мира, чтобы они спаслись. Но, нет. Все куда проще… Верни меня в мое тело.

— Я это сделаю. Но, только когда разберусь с угрозой. Твое тело задыхается и у него несколько переломов. Я должен тебя спасти. А потом мы продолжим разговор.

—Сомневаюсь, - сквозь зубы прошипел Кирилл.

— Я слышал! -  уже исчезнувший ифрит ответил голосом из ниоткуда, чем поверг Кирилла в сомнение. 

Тело Кира вновь зашевелилось. На руке с кольцом возник клинок, но уже не такой тонкий и длинный (Кирилл на вскидку определил, что тот больше походил на кончар, а этот, второй, смахивает на филиппинский баронг. Точно острейший лепесток, он рассекал плоть дохлого монстра. Вначале отделилась от тела рука. Именно она блокировала Кириллу выход к свободе.