Vânt

— Не думаю, — вздыхает Вент. — Судя по тому, что она танцует до сих пор, это ее пробуждение.

— Погоди, — просит Рик. — Она не была саламандрой. Но попала в аварию, загорелся огонь.

— И дар в душе ее пробудился, — кивает Вент. — Так что ждем, когда натанцуется, и успокаиваем. Будут слезы и случайные возгорания. Много.

Рик кивает.

Вент курит.

Саламандра танцует.

12. Курение на месте преступления

Шарль Джонсон был детективом вот уже три года, что для его двадцати пяти лет было огромным достижением, и да, он был хорош в расследовании нестандартных дел.

— Паршиво? — садится рядом на скамейку светленькая девочка лет шести.

Джонсон смотрит на нее недовольно и затушил сигарету об урну. Курение помогало хоть как-то справиться с недовольством окружающим миром.

— Мне уйти? — уточняет ребенок.

— Зачем? — с интересом смотрит на нее Джонсон.

— Чтобы вы покурили, — пожимает девочка плечами. — Или вы бросаете?

— Не планировал, — хмыкает Джонсон. — А что?

— Курить хочется, — вздыхает девочка. — Особенно, когда в жизни случается какое-то дерьмо. Но я понимаю, что мне пока нельзя, так что бросила.

Джонсон еще раз оглядывает ребенка внимательно, но нет, это точно не карлик. Просто девочка. Которая говорит, что бросила курить.

— И давно? — уточняет Джонсон.

— Почти шесть лет назад, — вздыхает ребенок.

— Джейн! — появляется рядом низкий коренастый агент ФБР. — Тебя где черти носят?

— Ждала, пока ты с копами наругаешься, — хмыкает девочка. — Его с собой берем. От него какой-то потусторонней дрянью веет — не разобрать. Может, медиум. Посмотрим, что он сможет на месте, потом покажем Мейс, она, вроде, неплоха в определении Дара души.

Рыжий агент окидывает Джонсона пристальным взглядом, хмурится, но говорит твердо:

— Попытаешься помешать нашим экспертам, вылетишь за желтую линию.

Когда Джонсон оказывается в сарае с инвентарем, где висит пришпиленное к стене тело, его пробирает холодом, а девочка — Джейн — смотрит на него внимательно черными глазами.

— Через него призрак прошел, — говорит она спокойно. — И он почувствовал. И я видела, как что-то в его душе отозвалось. Забираем его к нам.

— Вент, ну зачем? — хмурится рыжий агент. — Он же коп!

— А я вообще — внучка цыганки-шарлатанки, — хмыкает Джейн-Вент.