Ангел Тьмы

– Он перевернул всё с ног на голову, – с грустным видом Арабелла покачала головой, – ложь всегда сопровождала и его, и Последнюю Надежду.

– Как? – хотел разобраться Брат.

– Глупо считать, что демоны пощадили этот город в 1918-ом, – вздохнула Арабелла, – если бы мы им не понадобились, они бы уничтожили и его. Демоны оставили в живых Последнюю Надежду не из милосердия. После войны они превратили наш мир в свой заповедник, ожидая, когда люди достаточно размножатся, чтобы обратить их в свою армию нежити.

Эрнст и Изабелла замерли в ужасе.

– Выходит, наш город существовал только затем, чтобы превратить всех нас в нежить? – произнесла Сестра после оцепенения.

– А прежние мэры Последней Надежды тоже были связаны с демонами? – спросил Брат.

– Естественно, – кивнула Арабелла, – почти все они служили Вельзевулу – за редкими исключениями вроде основателя Рамиреса. Архидемон позволял мэрам править самостоятельно – до тех пор, пока они проводили выгодную для Ада политику.

– А почему люди ничего ещё не поняли и до сих пор выискивают врагов там, где их нет? – Изабелла сейчас чувствовала себя заговорщицей, которая узнала очень важную тайну.

– Потому что ставленники Вельзевула обещают людям то, что они так хотят, – задумчиво произнесла Арабелла, – безопасность, стабильность, готовый смысл жизни. Им не нужно беспокоиться о завтрашнем дне, благо государство о нём позаботится. Им не нужно думать, осмыслять бытие, им претят свобода и самостоятельность, поэтому куда проще поверить в выдумки о величии Последней Надежды.

К тому же многие знают, что д’Обстер – очень плохой человек, но считают его единственным, кто может остановить демонопоклонников из пропаганды и не допустить новой войны с демонами. Если прежде оружием наших врагов был хаос, то теперь им стал порядок. Людям нужен порядок, и демоны готовы его предоставить. Так что мы живём в то время, когда зло сменило флаги и упорно притворяется добром.

– Но как же маги! – возмутилась Изабелла, – все же видят, что целая группа людей вынуждена притворяться и вести двойную жизнь, иначе их сметут!

– Маги никого не волнуют, – в голосе Арабеллы послышалась горечь, – каждый человек думает, что если он нормальный – живёт как все, честно работает, заводит семью, верит в Бога, любит свой город и не обладает магическим даром, то его произвол д’Обстера не коснётся.

А когда касается, то другие люди об этом сами забывают и придумывают себе оправдания. Мол, я был недостаточно нормален, плохо верил в Бога и славил мэра.