Ангел Тьмы

Потому и условились считать себя обычными людьми без магического дара – в конце концов, если его не применять, то отличаться от других ничем не будешь. Но прошло время, и самообман рухнул. Лопнул, словно мыльный пузырь. И дальше ничего не оставалось, кроме как признать правду. Или же сойти с ума от несоответствия реальности и представлений о ней.

– Вы правы, Люциус, – неохотно, но всё же признал Антуан.

– Что? – Элеонор посмотрела на брата, и он увидел страх в её глазах.

– Пора нам принять себя, сестра, – с трудом, но твёрдо произнёс брат.

Элеонор немного подумала и ответила:

– Да. Нам пора.

– Тогда за дело! – воскликнул Люциус.

Элеонор и Антуан вернулись к стене и прислонились к ней спиной.

– Что нам теперь делать? – спросила сестра Люциуса.

Её голос дрожал от волнения.

– Закройте глаза и представьте, как тело проходит сквозь стену, – ответил Люциус.

– Хорошо, – нервно кивнула Элеонор.

– Давай попробуем, – добавил Антуан.

Сестра и брат закрыли глаза. Они отбросили нынешние сомнения, словно вернувшись в то славное прошлое.

И представили, как все молекулы, все атомы тела соприкоснулись с молекулами стены, а затем обогнули их, как поток воды – препятствие. Поначалу ничего не произошло, но вскоре каждый из них почувствовал, как его тело встретилось с чем-то инородным – но не столкнулось, а слилось. Без боли. Близнецы лишь чувствовали, что каким-то образом находились в одном месте со стеной, но ни она не мешала им, ни они – ей.

– Бинго! – откуда-то послышался возглас Люциуса.

БДЫМС!

Брат и сестра Перес очнулись на улице.

Они лежали во дворе. Антуан упал на клумбу перед школьной стеной, тем самым помяв цветы, а Элеонор – на бетонную площадку у входа.

– Ай!

– О!

Близнецам было больно от падения, но это их уже не волновало. Куда важнее оказалось то, что они попытались пройти через стену. И смогли.

– Даже не знаю, что нам теперь сказать маме, – протянул Антуан, отряхивая себя и портфель от травы и грязи.

К счастью, его одежда несильно испачкались.

– Ну, об этом мы точно умолчим, – ответила Элеонор, делая то же самое.

– А где Люциус? – поинтересовался брат, – Он же не останется в школе.

– Не знаю, – несколько отстранённо произнесла сестра. Она осмотрела вестибюль через окна, но Люциуса внутри не было.

– Что ж, пойдём к Грабовски?

Пересы пошли дальше от школы. Теперь никто из них не думал о Гаритос и Пьере – всё это осталось в будто бы очень далёком прошлом, потому что с этой магией вся реальность перевернулась с ног на голову.