Ангел Тьмы

Аэроплан минул школу, пролетел над крытым рынком, а затем – мимо строго классического здания Парламента. И уже через минуту оказался у тюрьмы, которая представляла собой многоэтажную кирпичную коробку с охранными вышками по углам. Изабелла обнаружила, что самолёт готов врезаться в стену, и движением профессионального лётчика отвела его в сторону.

– Сядем на улице? – спросил Эрнст.

– Ну, а где же ещё! – ответила Изабелла. Со всех сторон были дома, и она не знала, где ещё можно посадить аэроплан.

Сестра и Брат сделали несколько кругов над освещённой фонарями улицей, примыкающей к площади перед Парламентом.

– Вот так, – сказала она.

– Стоять!

– Стрелять будем!

Лучи прожекторов на вышках упали на аэроплан. Из тюремного здания выбежали несколько гвардейцев д’Обстера в тёмно-синих мундирах. Стражники открыли огонь из винтовок, а Эрнст и Изабелла быстро спрятались за корпусом из прочного мэрхенландского металлопластика.

– На счёт «три», – тихо сказал Брат.

– Раз! – начала отсчёт Сестра, – два! Три!!!

Близнецы молнией выскочили из кабины и сразили гвардейцев небольшими зарядами фиолетовой силы из рук. От магии охранники размякли и повалились на брусчатку.

– Надеюсь, мы их не убили, – удручённо произнёс Эрнст.

– Нет вроде, – Изабелла посмотрела на стражников, но не смогла ничего определить, – теперь мы должны найти Грабовски.

Быстро отстегнув посохи от самолёта, близнецы приблизились к однотонной, тяжеловесной стене тюрьмы.

– Может, зайдём внутрь и там посмотрим? – предложил Эрнст.

– Не вариант – они закрылись у входа и наверняка окопались там, – Изабелла бросила взгляд на отдаляющуюся входную дверь.

Они шли вдоль стены, заглядывая в высоко расположенные, зарешёченные окна.

– Похоже, он тут, – сказал Брат, остановившись у одного окна, – я увидел знакомую лысину.

Вслед за ним Сестра поднялась на цыпочки и согласилась.

– Только как мы туда доберёмся? – задумался он, – у входа, должно быть, полно охраны.

– Вспомним урок старины Люциуса, – ответил она.

Эрнст довольно усмехнулся. Он подошёл к решётке и коснулся её посохом. Аметистовое навершие не ударилось о кирпичную кладку, а, наоборот, пронзило её, словно нож – масло. Следом сквозь стену прошёл и сам Эрнст.