Бастион: Хрустальный плен

Вспомнился весельчак Сапа, а следом и Агния – милый ангелок. Привиделись её серые озёрца глаз, что ещё недавно смотрели так доверчиво и проникновенно, а губки сказали важные, нужные и значимые слова для любого мужчины. Сказали с такой кристальной честностью и наивностью, что только ради этого момента стоит жить. Больно рванул душу стыд, опалил лицо и уши. Я вжал тормоза, чуть не перевернувшись. С досады щиплет глаза. Кто, кроме меня спасёт их?! Ответ прост – никто! Поэтому, нужно идти, а вернее делать. И нет разницы, как ты при этом выглядишь, достаточно ли эпичности, веет ли пафосом, стилем.

Как облачко тумана, вот ещё недавно плотное и большое, но вдруг растаявшее, так и нашедшая было слабость, а после серьезность, растаяли под лучами приподнявшегося настроения. Я уже с привычного ракурса оглядел ситуацию и даже рассмеялся, обратив внимание пожилой пары, что и так удивились резкой остановке.

Прошло два дня. Пропущенное занятие уже навёрстано, домашнее задание выполнено и я с удовольствием играю в градостроительный симулятор. Его прекрасный саундтрек льётся из новеньких колонок, добавляя плюс сто к привлекательности игры.

Пластина смартфона где-то правее мышки. Экран вспыхнул и беззвучный режим отработал дробью вибрации – сообщение от Вероники:

“Матус, добрый вечер!

Давай я завтра заеду утром, а после занятий мы отправимся ко мне? Это в рамках недавнего обсуждения.

С трудом справился с пальцами, что бы не написать провокационное сообщение, могущее хоть немного отобразить букет прекрасных эмоций и чувств, что вызывает председатель. Наконец пишу:

“Привет, Вероника)

Очень радостно получить твоё скорое письмо!) Я совсем не против, даже скорее всецело за!”

Тут же ответ:

“Хе-хе! Скорое письмо?”

“Ага) В прошлом же было т.н. “ускорение” для почты)))”

Мы ещё немного попереписывались, а после вновь пошла игра.

Смешно косолапя из-за живота, мама ходит по кухне, по привычке встав рано – готовит завтрак. Я только спустился. Наблюдаю за ней с благодарностью и умилением. Надо предупредить, что Вероника заедет.

– Что? И ты опять молчал до упора, Рыжик?! – воскликнула она после.

– Ну, мы только вечером договорились, мам, – как казалось, парировал я.