Бастион: Хрустальный плен

Я уже к прекрасному магистру:

– Если многоуважаемая Вероника не против, конечно. 

– От поведения заместителя зависит, – с озорством отозвалась она.

Все дружно взялись смеяться, а мне достался полный фиалкового огня взгляд, легко попавший в душу и коснувшийся пары тонких струн.

Стоило всем занять места, как Варг с воодушевлением взялся за руль, благодарно отметив, что залит полный бак. Я перевёл взгляд на Веронику, председателя в старшей школе Бастион, моего председателя… Слова уже хотели выпорхнуть, да словно споткнулись о зубы – всё из-за её принадлежности к древнему роду Ониксовых магов.

Я смотрю на Веронику и не вижу никаких отличий от той, что была ещё вчера. Но вчерашний образ был понятным, таил в себе предвкушение тайн, снабжал такой приятной и тварной уверенностью, а сейчас я оглядываюсь в прошлое с чувством пассажира на палубе, смотрящего на удаляющийся берег, коего впереди может ждать всё, что угодно.

– Матус, – неожиданно обратилась девушка, тихим тоном. – Что в твоём взгляде?

Понял, что не следует отвечать глупыми вопросами и уточнениями. Ещё раз впитал темноволосый образ наследницы рода Исинн, а потом собрал мысли в кучу и начал:

– Всё хорошо. Как и обещал – убегать не буду, – с чуть нервным смешком, закончил я.

– Значит всё же рассматривал такой вариант,– констатировала она, с оформившейся тенью на лице.

Я хотел было списать это на вечер, что неспешно расстилается за окнами с шумом мчащегося автомобиля, но прекрасно помню недавний разговор.

– Нет, именно таких мыслей не было, – отвечаю я, пропитав слова чувством вины. – Расскажи мне, пожалуйста, как это – быть магом? Просто, пока дело касалось чтения и просмотра комиксов или фильмов – всё нормально, а в реале совсем иначе.

Вероника глянула с изменившимся лицом и, вдруг, прыснула смехом. Я, словно поминая забытое, залюбовался этим великолепием оттенков эмоций.

– Рассмешил даже, – сказала она. – Прости, наверное это действительно важно – не каждый день встречаешь страшно-ужасного мага, да?

– Ага! Только не “страшно-ужасного”, а великолепного и прекрасного…– выпалил я, чуть не закрыв рот руками от смущения.

– Даже так?

Вероника сыграла изящными бровями и я ощутил жар.