Лёд и разум

Хотя!.. Я решила после завтрака заглянуть в клуб легкой атлетики. Должны же они хоть что-то знать?

Немного успокоив совесть этой мыслью, стала собираться.

Общежитие как будто вымерло. И не удивительно. Многие девушки по пятницам разъезжались по домам, намереваясь выходные провести с родителями или с друзьями. А остающиеся в пятничные вечера думали совсем не про учебу. Шагая по пустынному коридору, я вспоминала миссис Алджерон – троюродную бабку, ныне покойную – которая на каждом семейном сборище ворчала про падение нравов и легкомысленность современной молодежи.

Даже не знаю, что лучше: то ли общаться с воображаемой канарейкой после литра мартини; то ли накуриться и встречать самолично вызванных полицейских в костюме Евы; то ли жениться каждые полгода, а через месяц совместной жизни разводиться. В нашей большой семье многие представители ветви Шульц-Алджерон отличались эксцентричным поведением.

– Ран-ний под-дъем, м-мисс-с Хьюз-з? – у входа меня встретила миссис Раадик. Долговязая. Остроносая. Коротко стриженная. Комендантша женского общежития напоминала единицу, на которую кто-то натянул серый брючный костюм.

– Некогда спать, – я внимательно рассматривала кончик длинного острого носа миссис Раадик. – Пока сплю, мир захватывает кто-то другой.

– Шутит-те, – и так прищуренные глазки превратились в узенькие щелочки.

Миссис Раадик не любила шутки. Как мне казалось, свою работу она любила еще меньше. Нет, не так! Она не любила ни жительниц общежития, ни само общежитие, ни оформление бумаг. Зато ей нравилось ходить по коридорам в вечернее время и проверять, как соблюдается комендантский час. И горе тем, кто оказался не в том месте, не в свое время. Заменить ей приталенный пиджак на китель с молниями на петлицах, выдать фуражку с орлом, высокие черные сапоги и небольшой стек, а за спиной приставить двух автоматчиков – получилась бы отличная расстрельная команда.

Нельзя сказать, что миссис Раадик имела много власти, но нельзя было сказать и обратного. По крайней мере, с ней стоило считаться. Ее постоянные проверки могли испортить жизнь любой девушке, проживающей в общежитии. А в худшем случае, миссис Раадик могла и выселить особо неприглянувшуюся особу.