Город, у которого останавливается время отдохнуть

– Может, не дадим друг другу умереть?

- А тебе так плохо? – сочувственно спросил чудотворец. – Я бы помог, ты только скажи…

С мужиком случилось что-то странное. На сочувственное "ты только скажи" он, напротив, потерял дар речи. Лицо, просившее кирпича, казалось, само стало кирпичом – и цветом, и формой.

"Какие всё же странные лица в этом городе, - успел удивиться чудотворец до того, как мужик ударил его первый раз, - зелёные, красные, даже человеческие…".

Через несколько секунд лицо самого чудотворца на человеческое не походило, скорее можно было подумать, что походили по нему, причём, ходившие были многочисленны и тяжеловесны.

Те же слоны, к примеру.

Прикасаться к лицу ужасно не хотелось. Но, что самое странное – меньше хотелось есть. Поэтому на вопрос морды кирпичом, не хочет ли он ещё, чудотворец искренне ответил: "Шпащибо".

Мимо шли четверо в странных серых костюмах и кепках с бляхами, на поясах у них болтались какие-то предметы, в руках было то, что явно было дубинками – в предназначении этих чёрных гнущихся палок сомневаться не приходилось.

Парни были молодые, любопытные, поэтому, наверное, и спросили у морды кирпичом, что же здесь происходит.

- Да всё нормально, пацаны, мы сами разберёмся, - удовлетворил мужик их мальчишеское любопытство. Удовлетворённые его ответом, парни в сером спокойно пошли дальше, осторожно обойдя лежащего на асфальте чудотворца.

Не хотелось не только прикасаться к лицу, но и поднимать это самое лицо от серой плоскости асфальта, такого холодного и приятного… Но морда кирпичом настоятельно убеждал, что подняться всё-таки надо, а валяться надо в другом, более подходящем месте.

После третьего пинка чудотворец поднялся и отправился искать место более подходящее, где валяться можно. В то, что оставалось от головы, лезла странная мысль, что ещё немного, и можно будет упасть и уже больше не подняться никогда.

Никогда… Никогда – это когда, которого нет. Время, которое стоит. Нет времени…

Мимо проскользнул деревянный забор какого-то облезло-зелёного цвета, несколько таких же лиц.

Потом лица пропали, остался только забор.

- Я есть хочу, - шевельнул губами чудотворец.

И стало, как он хотел. И было это хорошо. И хорошо, что это было. Просто чудо, как хорошо. Просто чудо.

К чудотворцу подошла кошка, некоторое время привычно затравленным взглядом изучала его, но потом всё же приблизилась вплотную и стала доверчиво тереться об ноги.

- На, - сказал он, давая кошке то, что ел сам. Он не знал точно, что это, но кошке понравилось.