В одном провинциальном городке

Сидящий невдалеке, в тени дерева, мужичок, только что отхлебнувший из, красиво сверкающей на солнце, бутылки с надписью, синими буквами, на этикетке «FINLAND», поперхнулся и, не желая терять драгоценную влагу, пытался таки её проглотить — лицо его стало малиновым от усилий, щёки раздулись, а слезящиеся глаза смотрели на Лихо и его спутников со злостью. Пройдя метров пять, Разбойник оглянулся — мужичок сидел скрючившись — с носа и нижней губы свисали капли, в руке посверкивала-подрагивала бутылка, а песок был в тёмных пятнах.

— Проклятий не бывает. Ты просто внушил себе это — что кем то проклят, а на самом деле…

— Я её встретил …Что была тогда в пёстрой юбке — как у цыганки… — Лихо не слушал Кота.

— Кого? — поинтересовался Разбойник.

— Ту, что меня прокляла.

Лихо не мог ни понять ни вспомнить, что на него тогда нашло — он и его приятели играли в снежки, а он … Её прищуренные глаза и шёпот. Что она тогда сказала он не понял и не мог вспомнить. Но с этого дня…

— То есть ты просто запустил ей куском льда в спину? — Уточнил Кот.

— Ага … — понурился Лихо.

— И с этого дня…

— У меня в руках всё горит… — мрачно закончил за рыжего Разбойника Лихо. — И вокруг меня.

— Любопытно … — протянул Кот Баюн.

«Ведьмой» оказалась хорошая знакомая и Кота Баюна и Соловья Разбойника — заведующая библиотекой.

— Так это я на тебя, горе моё, проклятие, говоришь, наложила?

Лихо смущённо кивнул.

— Если бы не вспомнил ту «цыганскую» юбку я бы и не вспомнила. Синяк на спине остался. Да вскоре прошёл.

— А что вы тогда сказали то такого? — спросил Кот Баюн с любопытством.

Тут уже смутилась «ведьма»:

— А вот я сейчас и не повторю. Цензурными, из сказанного тогда, было разве что пара-тройка предлогов!

Лихо понурился и погрустнел:

— Так проклятия не снять?

«Ведьма» только плечами пожала:

— Кто его знает … На ваше счастье нашлась на чердаке тетрадка — осталась от прежних хозяев. И как по заказу — есть рецепт как снять проклятие, наложенное случайно — по глупости или незнанию.