Хроники гномки, или путь целительницы

Лика получила возможность получше рассмотреть дренейку – она была совсем юная, наверное, сверстница тому подростку.

Лицо её сейчас было иссиня-бледным, губы казались совсем черными, она не шевелилась, и, судя по безвольно висящему на руках пандарена телу, последняя искра жизни уже оставила её.

Однако, Чао продолжал смотреть на Оккама с какой-то непоколебимой надеждой в глазах, поддерживая тщедушное тельце с неожиданной для медведя бережностью и нежностью.

Лика осторожно приблизилась к ним, ей хотелось внести хоть какую-то лепту в происходящее.

Отец Оккам словно таял на глазах. Пот уже стекал ручьями по его лицу, на шее бешено пульсировала вена, а руки, покоящиеся на бескровном челе дренейки начинали мелко подрагивать.

Не выдержав, Лика приподнялась на цыпочки и отерла пот со лба наставника рукавом платья. Кожа дренея была горячей, почти обжигающей. Повинуясь спонтанному наитию, Лика положила ладонь на его лоб и попыталась направить часть своих сил отцу Оккаму.

На секунду ей показалось, что она падает в бездонную пропасть, увлекаемую мощным потоком бесконечного водопада, низвергающегося откуда-то из недр небес.

У неё закружилась голова и потемнело в ушах, чьи то руки подхватили её и оттащили в сторону.

- Сестра, разве так можно! - словно сквозь ватное одеяло донесся до неё шелестящий шепот клирика.

Старый шаман вскрикнул, барабанный ритм сбился. Отец Оккам выпрямился, лицо его, словно вылепленное из воска, страшно смотрелось в отблесках огней костров. Внезапно две темно бордовые струи крови хлынули из его носа, заливая одеяние, он закашлялся, и рухнул, как подкошенный, разметав угли костра.

Двое поддерживающих его клириков осели на землю.

Остальные бросились к Оккаму и подхватили его; кто-то возлагал руки на его голову, другой вливал в рот капли снадобий, третий прижимал к носу дренея пропитанные раствором бинты.

Чао, пошатнувшись, упал на колени и аккуратно положил дренейку на землю.

Шаман Пых склонился над ней и, неверяще, покачал головой.

Лицо девочки постепенно начинало светлеть.

- Она здесь! – прошептал шаман, в изумлении переводя взгляд на пандарена. - Но ведь я видел, как её дух уже шествовал по Тропе…

Чао молча кивнул.

Вынырнувший из темноты брат Склиф, вызвав панику у столпившихся над Оккамом, склонился над ним. Экзарх приоткрыл глаза и по лицу его промелькнула слабая усмешка. – Кажется, теперь моя очередь рассказывать о проблемах? – слабо проговорил он.