Приёмный

Руки лежали на подлокотниках, прямая спина не касалась спинки, подбородок немного задирался кверху, будто он собирался что-то сказать. Хотя, я сомневался, что у него получилось бы издать звук со сквозными трещинами в голове.

Подобное я видел впервые. Его лицо покрывали чёрные ломанные полосы, в расщелинах которых виднелись осколки лицевых костей. Причём, несмотря на столь чудовищные травмы, вокруг не было крови. И ладно бы не нашлось свежих пятен, так ведь не было и старых - засохших на одежде или коже. Вместо глазных яблок на меня смотрели два чёрных котлована.

Они походили на выжженные кострища, в которых долгое время тлели угли, пока не остыли и не рассыпались пеплом.

- Что тут за херня случилась?! - спросил Желудь.

- Не пахнет, - тихо сказал Карате.

И ведь действительно. Не похоже было, что он умер недавно, вероятнее - несколько дней назад. В теплом помещении плоть должна была гнить, но в комнате пахло пепельницей и другими бытовыми запахами.

- Током поджарили или что?! - вновь подал голос Желудь.

Током ли? Пожалуй, то было хоть отчасти здравая версия, хоть и притянутая за уши.

Скорее я бы поверил в нечто совсем дебильное. Сергею засунули в рот гранату? Нет. Тогда бы его голову разметало по всей комнате. Тепловую гранату? Я не разбирался в оружии, но почему-то мне казалось, что такие должны быть. Что-то вроде шашки, которая извергается непрерывным напором огня, как автоген? Совсем бред. Такую в рот не засунешь. К тому же, его поза выглядела неподходящей для человека, которого пытали, да и кожа на лице осталась целой.

- Данил! - Тарас потеребил меня за плечо, и только тогда я оторвал взгляд от трупа. - Ты что-нибудь понимаешь?

- Ни грамма.

- Ладно! Одно я могу сказать точно, - Тарас, как и подобает лидеру, первым взял себя в руки. - Находиться в доме со жмуром на стоит. Надо валить. Но прежде, раз уж мы пришли, давайте немного поищем. На всякий случай. Мало ли наши друзья что-то пропустили, - Тарас посмотрел на часы. - Данил, ты проверь в этой комнате, Желудь - ванная и коридор, Карате - кухня и кладовка, я - зал! В темпе! На всё про всё - пять минут! Потом валим!

Пацаны отозвались на команду Тараса мгновенно, и уже через десять секунд я услышал грохот предметов и шелест бумаг из соседних комнат.

Сам же по-прежнему стоял в проходе и смотрел на Сергея.

В первый раз я отдал увиденное на откуп разыгравшейся фантазии. Не удивительно. Чего только не привидится, когда смотришь на выжженный изнутри труп. Но спустя пятнадцать секунд оно повторилось.