Будь моим Пассажиром

В глаза сверкнула вспышка мобильника – точно в момент особо мощного пинка, заставившего Вадика согнуться пополам. Он сжался, пытаясь защитить и без того разбитое лицо и хард в кармане. Вот обидно будет, если отберут… Но никто даже не поинтересовался содержимым его карманов, хотя сопротивляться Вадик был уже не способен. Очередной удар снова свалил его на землю, и встать он не пытался. Но его опять подняли, в лицо впечатался чей-то кулак, и снова его, как тряпичную куклу, швырнули дальше… Новых ударов он уже не чувствовал – наверное, всему есть предел.

Тусклый свет фонарей начал меркнуть, и Вадик понял, что здесь его побег и закончится. Его не пытаются ограбить. Его убивают.

Нет. Ну как же так. Он ведь так и не дошел до Старого города… Нет…

Свет почти совсем погас, когда избиение внезапно прекратилось. Вадик не решался пошевелиться. Откуда-то издалека он услышал спокойный низкий голос:

- Так, ютуберы хреновы, а ну пошли отсюда!

Ему ответили потоком брани. Затем послышался удар, невнятный вскрик и звук падения.

Что-то хрустнуло.

- Еще вопросы есть? – проговорил тот же голос. – Если нет – свободны!

Вадик смутно видел рослую фигуру, прошедшую сквозь нападавших, словно их тут не было. Впрочем, вскоре их действительно не стало – матерясь себе под нос, они исчезли так же быстро, как и возникли. И тут свет погас окончательно.

2

- Нет, так дело не пойдет. Вставай давай.

Вадик хотел было возразить, что у него после такого точно все кости переломаны. Потом подумал, что говорить он тоже не сможет – губы разбиты в хлам.

Странно, что он не чувствует боли – может, он вообще уже умер и все это ему мерещится? Но его просто подняли и усадили – и, к своему удивлению, он смог сидеть прямо.

- Так, уже прогресс. Глазки открываем, не стесняемся, я вроде не такой уж страшный.

Глаза открыть тоже удалось. Перед ним сидел на корточках незнакомый парень, на вид чуть постарше Никитоса. Широкоплечий, крупный, но не толстый, светлые волосы подстрижены почти под ноль, над ухом виден старый шрам.

Несмотря на холодную погоду, куртки на нем не было – только стеганый жилет поверх клетчатой рубашки. Выходит, это он в одиночку разогнал всех? Но парень улыбался вполне доброжелательно, и Вадик рискнул заговорить:

- Спасибо.

Вот говорить все-таки было больно. И получалось не очень. Но вроде его поняли.

- Нельзя ж это так оставлять. Давно я сюда не заглядывал, совсем страх потеряли. Хорошо, успел вовремя.

Вадик поежился, вспомнив медленно гаснущий свет.