Разлом/Освобождение

"Уж лучше сразу, разом отмучаться, чем ждать, как эти трусливые отродья!" — неожиданно для самого себя, смело подумал Виктор.

На не твёрдых ногах он подошёл к двери. Занёс руку, чтобы постучать, но вовремя себя одёрнул, подумав: "Того и гляди, совсем рассвирепеет, ведь лишний раз отвечать придётся!" — и потянул на себя старую, скрипучую деревянную дверь. Быстро зайдя внутрь, прикрыл за собой дверь.

В кабинете пахло как на застоявшейся болотине. На полу была грязная, зазеленевшая жижа, а стены покрывала мягко светившаяся слизь.

За столом сидело нечто бесформенное чем-то отдалённо напоминавшее жабу с длинными и гибкими усами-прутиками. Но Виктор не смог приметить ни одного глаза.

Мужчина думал, что ничего его не сможет больше удивить. Он многое успел повидать за последнее время, но это... это было выше его сил. Виктор оторопело уставился на причудливую дрянь и даже невольно, от удивления, приоткрыл рот.

— Чего вытаращился? — голос вырывался пузырями воздуха, разрывавшими поверхность жижи, которая, сразу после, восстанавливала прежний вид.

Виктор не знал что делать. Растерялся. И продолжал глядеть на странное, не пойми что. А странное отродье, не тратя даром время, уже тише, продолжило:

— На работу выйдешь завтра. Пять дней в неделю. Оплата соответствует твоему вкладу, — сдельная. Чем больше сделал, тем больше получишь. Адрес и контактную информацию просмотришь в папке, — один из усиков-прутиков вытащил верхний ящик стола, а после, бросил на склизкий стол небольшую, бумажную папку.

— Поставь на бланке формы 227 дробь 8 точка 17-22 подпись и можешь проваливать. — другой усик вытащил ещё один ящик и на стол упала бумага, а в след за ней, в жижу, ручка. — Не забудь поставить подпись ещё во всех формах из папки, но потом, дома.

— А где именно работать? — робко спросил Виктор. — И какая минимальная оплата?

Жижа неопределённо забулькала, а после послышалось грозное рычание. Виктору было страшно, но просто взять и уйти он не мог, — попросту не догадался поставить подпись, схватить папку и удрать прочь от страшного создания.

Инстинктивно опасался этой жижи, настолько опасался, что боялся пошевелиться или вздохнуть.

— А куда такую падаль ещё можно отправить? На свалку! Слышишь? На что пригоден, там и будешь работать! Разгребать чужой мусор и различный хлам! — жижа перестала бурлить пузырями, а её поверхность, как болотина, успокоилась. Спустя некоторое тягучее время странное отродье вновь заговорило.