Бумажный тигр (I. - "Материя")

Широкие колеса на каучуковых покрышках катили по мостовой почти беззвучно, единственным, что выдавало приближение странного ночного экипажа – едва слышимый гул его котла, срыгивавшего лишнее давление легким белесым дымом.

На локомобиле не было ни символов, ни эмблем, ни надписей, он был выкрашен в глухой черный цвет, но Лэйд отчего-то знал, кому он принадлежит, как безотчетно знал и сам Саливан.

- Благодарите Бога, старина, - пробормотал Лэйд полисмену, - Кажется, вас только что избавили от многих хлопот. Я бы сказал, ваше дело только что перешло в компетенцию иной службы.

Из салона локомобиля вышли двое мужчин. Оба были одеты в строгие костюмы, наглухо застегнутые, с высокими стоячими воротниками и длинными рукавами, никаких украшений - ни жилетных часов, ни запонок. Весьма странное облачение по меркам Миддлдэка с его провинциальными простыми нравами, где даже члены Треста не считали обязательным стеснять себя формальностями.

Потушенные газовые фонари не давали возможности рассмотреть детали, но Лэйд с самого начала знал, что костюмы на них – черные. Черные, как и их локомобиль, черные, как безлунная ночь над островом, черные, как непроглядная океанская бездна, куда никогда не проникает солнечный свет.

Лэйд поймал себя на мысли, что с удовольствием отвернулся бы в другую сторону, лишь бы не видеть двух джентльменов, выбравшихся из локомобиля. Один только их внешний вид отчего-то обладал свойством раздражать глаз, точно топорщащиеся острые края черных костюмов незаметно царапали мягкую слизистую оболочку.

Дело не в костюмах, подумал он. Даже в Майринке, где до черта нотариальных контор и торговых представительств, а клерков больше, чем чаек в порту, эти двое мгновенно привлекли бы к себе внимание – недоброе, настороженное внимание всех окружающих. Возможно, дело было в их манере держаться – какой-то неестественно грациозной, скованной и торжественной одновременно. Именно она в сочетании с глухими черными одеяниями заставляла их выглядеть не клерками, а исполненными сознанием своего долга гробовщиками, явившимися к неостывшей еще постели мертвеца.

Один из них мгновенно открыл грузовое отделение локомобиля и принялся там копаться, другой сделал короткий беззвучный шаг по направлению к Лэйду и Саливану.

- Канцелярия, - мягким невыразительным голосом произнес он, - Подскажите, господа, это ведь Мэнфорд-хаус?

Даже в глухую ночь его лицо выглядело бледным.