Темный Гарри

— Но нам определенно нужна помощь!

— Думаю, подкрепление из Министерства уже в пути, они должны были постоянно… Петрификус тоталус! — Рон терпеливо выждал нужный момент, затем на миг высунулся в щерящийся осколками стекла оконный проем и швырнул в сторону винтокрылой машины новое заклинание.

Вертолет резко сбросил скорость и, задрав нос, набрал высоту.

— Это еще не конец, — пробормотал аврор, но в этой реплике было больше надежды, чем отрицания.

— Да уж будьте уверены, — фыркнул Уизли, высовываясь наружу.

Он резко отпрянул внутрь.

— Дрянь дело. Они зависли чуть сзади, но ровнехонько над составом. И, если не ошибаясь, готовятся выпустить еще одну из этих своих… ракет.

Аврор-напарник покачал головой.

— Откуда вы столько знаете про маглов?

— Отец всегда настаивал, чтобы я изучал их жизнь, — хмыкнул Рон. — А я, дурак, отказывался… Ну, пошла потеха!

Снаружи раздался плотный свист. В следующий момент вагон сотряс удар. Рон бросился на пол. Остановившимся взглядом он следил за тем, как сминается внутрь и рассыпается крыша, словно какой-то великан решил раскрыть свое любимое шоколадное яйцо и посмотреть, что же притаилось внутри.

— Протего! — взвыл целый хор голосов. Вертолет наматывал вокруг рассыпающегося вагона круги.

— Ну где же… — пробормотал себе под нос Рон. Вдоль трескающихся на глазах стен уже ощутимо тянуло дымом — эти магловские конструкции всегда были ненадежны. Еще пара минут в таком темпе — и они сгодятся только на барбекю.

Его напряженное лицо осветила яркая зеленоватая вспышка. Зрение уловило появление высокой фигуры в серой мантии. А затем знакомый глуховатый голос негромко сказал:

— Конфринго!

Вертолет окутало пламя, он клюнул носом и резко пошел на снижение — правильнее сказать, начал падать.

— Он же упадет на нас, — ошеломленно прошептал Рон, обращаясь к серой фигуре. — Дамблдор, он же врежется!

— Не думаю, — сказал маг. — Он неторопливо повернулся к аврору, сверкнул стеклами извечных очков-полумесяцев.

— Дамблдор! — завопил Рон. За спиной бывшего директора Хогвартса с чудовищным ускорением вырастала мрачная угловатая тень из металла, стекла и пластика. — Дамблдор, в сторо…

Дальше был оглушительный треск, рев идущих вразнос турбин, визжание сходящих с рельс колес, удар, короткое ощущение полета, еще один удар, сильнее — и тишина, пришедшая в гости со своей извечной подружкой-тьмой.