Маски зверя

 

Пока я была занята собственными ощущениями, а также впечатлениями организма, город куда-то исчез. Я не поверила глазам, когда обнаружила, что машина едет по ухоженной асфальтированной дороге на две полосы между деревьями.

Это куда же мы?..

Потом испугалась – и одновременно впервые порадовалась, что моё лицо опухло, тяжеленное от Дирова яда: внутренне я уже чего только ни передумала, чего только ни напредставляла, что будет вскоре со мной, попавшей в лапы этих садистов – в последнем я не сомневалась. А внешне так и осталась бесстрастно спокойной.

 

Деревья закончились, и машина вильнула на повороте, так что я вынужденно навалилась на Дира. Гиена не заметил. Он напряжённо всматривался куда-то вперёд.

По аккуратной поселковой дороге мы подъехали к двухэтажному дому – настолько широкому, что казалось – он вальяжно уселся в границах двора. Дальше ещё несколько десятков метров – и вот мы оказались у ступеней лестницы, ведущей на крыльцо. 

Крыльцо широкое, как и сам дом. И на нём прекрасно уместились предметы мебели для спокойного или весёлого времяпрепровождения: лёгкие кресла, столики с вазами, полными цветов… За самым дальним столиком сидели трое – мальчишка Эрик и двое молодых гиен.

И что-то мне даже издалека показалось, что гиены эти – его охрана. Телохранителями… э-э… язык не поворачивался их назвать. Я ничего не слышала, но небесная птица оживлённо беседовала со своей охраной. 

Тяжело, с натугой повернув шею, я поразилась: Дир смотрел на мальчика, голодно оскалившись.

Его внутренняя сущность, гиена, полыхала глазами, уже покрасневшими. И гиена смотрела на Эрика так, словно больше всего на свете мечтала сожрать его.   

- Дир, - осторожно позвал его телохранитель, сидящий с другой стороны от меня.

Опомнившись, тот приказал водителю объехать дом.

Здесь, где явно располагались хозяйственные пристройки, меня высадили. Точней – вытащили. Я уже с трудом держалась: ноги на каждом шагу подламывались.

- Куда её?

- В подвал – в бывшую слесарную.

Дир остался стоять у машины, а телохранитель потащил меня волоком за подмышки, причём водитель помогал ему, когда мои бесчувственные ноги зацеплялись за что-то.

Остановились они у маленькой дверцы в стене. Водитель торопливо нашарил наверху, над дверцей, ключ от замка и открыл её. Внутрь он заходить не стал.

Телохранитель доволок меня по лестнице в самый низ подвала. Усадил на дощатые ящики, прислонив к бетонной стене. Огляделся и, подойдя к стене напротив, включил свет.