Маски зверя

Лена, ты поняла, что Дима предлагает тебе переодеться в мальчика?

- Я отрежу волосы, - легко предложила она. – Если приживалы меня увидят в наряде мальчика, они не узнают. 

- Подожди-ка, - удивилась я, сама не заметив, как перешла на «ты». – Ты хочешь сказать, что приживалы не видят тебя настоящую? Что они знают только твою маску?

И мгновенно вспомнила усталого небритого парня между «индейцами».

Если он Зрячий, значит, «индейцы»-миротворцы тоже не видят? Поэтому он выглядит таким усталым, что ведёт их, выискивая одного за другим среди этих приживал тех, кто им нужен? А ещё это значит, что Лену ищут.

- В вашем мире мы не видим друг друга настоящими, - глубоко задумавшись, ответила женщина.

Потрясённые, мы с Димкой переглянулись. В «вашем» мире?! Нет, я смутно предполагала, поражённая терминами, но чтобы вот так – напрямую?..

- А что это за «ваш» мир? – не выдержала я.

- Ой… - Она беспомощно прижала ладони к губам, и этот жест был таким… таким… беззащитным, что я не решилась переспрашивать.

- Ладно, – пришёл в себя и сразу стал деловым Димыч. – Волосы резать не надо. Мы купим вам бейсболку, как я уже говорил. Она очень удобная. В неё можно все волосы запихать, если их заплести в косичку, – и они не вывалятся. Всё, я побежал за вещами. Тут, в соседнем магазине, целая куча лавочек. Наберу вам быстро. Вы мне только туфлю дайте, а то с размером кроссовки ошибиться могу. А так – найду какую-нибудь девчонку вашего размера, она мне быстро подберёт всё, что нужно, только пацанское.

Лена нерешительно сняла махонькую туфельку, которую Димыч повертел в руках с немым восхищением – такую и Золушка не отказалась бы примерить! Сунул в карман джинсов эту поразительную обувку и тут же убежал. А Лена с такой благодарностью приняла ещё несколько мотков для вязания, что мне стыдно стало, и я как-то вовремя вспомнила о закупленных фруктах.

Новое потрясение. Если от чая с булочками она опять отказалась, то при виде фруктов чуть не расплакалась.

… А как не страшиться? Она однажды уже попала – и ужасно. Сбежала из дома, принадлежавшего притаившемуся в этом мире приживале, который командовал чуть ли не армией таких же, как он.