Маски зверя

Лелля точно не узнали, это потом додумались, что это он был рядом со мной. Но среди заметивших меня оказался телохранитель Лены. И он догадался, что девушка, идущая рядом со мной, – переодетый Лелль. И тогда они придумали, как заманить меня в квартиру Натальи. Они велели Наталье обзвонить всех клиентов, кто был тогда, в тот день, у неё. Времени не жалели. По-моему, перебрали всех клиентов из тех, кто заранее звонил по телефону, договаривался о встрече. Так они наткнулись на меня. – Я обернулась к Аскольду, сидевшему ближе, чем Ингольф, и укоризненно сказала, машинально погладив щёку: - Вы забыли предупредить меня про ядовитый коготь приживал.

Я рассказала, как в жутком цейтноте познакомилась с мальчиком и убедила его, что надо устроить подложный побег. А потом мы сбежали по-настоящему. Но, поскольку я не знала, в какой стороне находится город, забрели в деревню, где нас и приютила тётя Зоя. 

- И вот теперь скажите мне, пожалуйста, - слегка сердитая, сказала я.

Миротворцы переглянулись.

- Если сумеет сильно сосредоточиться на тех моментах жизни, которые были прекрасны для него, когда-то небесной птицы, то – да. Сумеет вернуться. Но ненадолго. Новая сущность возьмёт верх над ним легко, - ответил Аскольд. 

- Но силы он успеет отдать, - вздохнула я. – Телохранитель хоть и сомневался, но сразу пошёл к дому тёти Зои.

После недолгого молчания Валерьян Иваныч, уже давно переставший скептически усмехаться, встал и сказал:

- Вы правы. Этот случай – не моего ума дело. Но спасибо за доверие. 

Глава 13

Ингольф, стоявший возле кухонной двери, прислонившись к косяку, покачал головой. А потом опустил руки, до сих пор скрещённые на груди, и сказал:

- Нет, этот случай – как раз-таки дело для вашего ума, Валерьян Иваныч.

Я, как и все, кроме Аскольда, немного удивилась: что имеет в виду миротворец? Ингольф же продолжил:

- Сядьте, пожалуйста.

Валерьян Иваныч оглянулся на нас, сидящих за столом, тоже удивлённых, и, подняв бровь, посмотрел мне в глаза. Кажется, увидел в них отражение своего вопроса, поэтому, помешкав, снова сел. Но к чаю не притронулся, хотя Олег подлил ему горячего. 

Ингольф подошёл и сел напротив него.