Зелёный пёс Такс и Господин Вещей. Часть 1

Меня вовсе не радует перспектива всякий раз долго и нудно уговаривать капризный агрегат, чтобы получить любимый напиток.

Впрочем, все равно заранее сложно сказать, как магия повлияет на столь сложный прибор. Да еще и с моими фамильными способностями, о которых я расскажу как-нибудь в следующий раз. Ибо некогда!..

ГЛАВА 2. Явления

Казалось, фиолетовая непроливайка съежилась чуть ли не вполовину. Со стола было убрано абсолютно все – Монбазор просто переставил поднос с завтраком на пол. Бедной чернильнице негде было бы спрятаться, даже если бы она попыталась бежать.

Но после того, как робкое вопросительное «хи-хи» захлебнулось на первом же «хи» под неприятно гипнотизирующем взглядом волшебника, двигаться она не рисковала.

Такса буквально с головой накрыла волна страха. «Чернильница боится», – мелькнула мысль. Ее волну он чувствовал постоянно, даже не утруждая себя попыткой расшифровки этих однотипных, весьма нудных сигналов. Сейчас же ее эмоции были очень сильными, близкими к истерике.

Закончив с настройками, маг оторвался от созерцания непроливайки. Встал из-за стола, прошелся по комнате. Сейчас Монбазора можно было назвать красивым – его движения были очень плавными и грациозными. Он выглядел совсем молодо, даже немного несерьезно. Впрочем, маги высоких уровней, научившиеся тормозить, а то и останавливать процессы старения, все выглядят довольно молодо… ну, по крайней мере, первую сотню лет.

Пампука-младший закатал рукава, тряхнул кистями рук, очищая ауру.

Это простое движение позволило ему избавиться от шлейфа магических следов, скопившихся за последнее время. Присев на краешек одного из стульев, он вновь пытливо глянул на чернильницу.

«Спаси-и-и-ите!», – услышал Такс беззвучное скуление, изредка переходящее в панический визг.

Тем временем Монбазор прикинул основные векторы выстраиваемого заклинания, определил частоты и точки сопряжения. Сел вполоборота к объекту, уставившись в белую стену напротив.

«Сделай что-нибудь! У-у-у!.

.».

Такс не удержался и недовольно поморщился. Чернильницу он недолюбливал, а после утреннего переполоха искренне мечтал поскорее от нее избавиться. Ее визжание раздражало: непроливайка вряд ли обладала даже зачатками интеллекта. Такс лишь автоматически интерпретировал ее эмоции, подсознательно переводя их на понятный для себя язык.

Пес знал, что сбить настройку с мысленной волны сейчас будет довольно просто. Достаточно перейти в дальний конец столовой.