Про Иванова, Швеца и прикладную бесологию #4

Вернулся из армии старший брат, устроился водителем. Познакомился с девушкой Тамарой, трудившейся почтальоном. Начали встречаться.

В один из вечеров, спровадив Прасковью Ильиничну в ночную смену, Дмитрий попросил младшенького куда-нибудь свалить до утра, чтобы тот не мешал культурному отдыху с избранницей. У подростка вопросов не возникло — он в те дни был прыщавым семнадцатилетним оболтусом и великолепно понимал незамысловатое желание братца.

Придя домой с утра пораньше, как сам признавал Никита Михайлович, счастливым и пьяненьким — обнаружил, что старшего нигде нет, а Тамара лежит в кухне на полу мёртвая, с проломленным черепом.

— Утюгом её Димка приложил. Чугунным. У нас он всегда у печи стоял. По старинке гладили, электричество экономя. На печи разогреешь — и при должной сноровке не хуже этих... с паром.

...Перепугавшись, подросток вместо милиции сразу рванул к бабке, заканчивавшей трудовую смену, и всё ей рассказал.

Та не растерялась. Спокойно завершила дела на фабрике, без спешки пришла домой, осмотрелась.

Поохав, дождалась сумерек и вместе с внуком перенесла девичье тело в погреб, а там спустила в люк, прикрытый железной плитой, оставшейся ещё от прадеда, к остальным покойным. Орудие преступления снесла на помойку в другом районе.

Тамару, фамилию которой Рваных не смог вспомнить, сколько не силился, стали искать через два дня. Оказалось, у неё с собой имелась довольно крупная сумма денег — получила для раздачи пенсий старикам на своём участке и, в нарушение всех инструкций, взяла на ночь с собой.

По-видимому, планировала после приятных игрищ, не заходя на работу, приступить к исполнению служебных обязанностей. Сумма оказалась немаленькой. Со слов следователя — почти шесть тысяч.

Пенсии исчезли вместе с братом.

— Больше о нём ни слуху, ни духу, — печально шамкал дед. — Ходили сплетни, будто Димка на приисках под Бодайбо сгинул...

Хлопнула входная дверь. В дом вошла Татьяна. Не предлагая ничего гостям, она прошла на кухню, погремела дверцами и раздражённо позвала:

— Никита! Иди таблетки выпей!

Смутившись от такой бесцеремонности, хозяин дома невнятно извинился и направился к своей сожительнице.

Воспользовавшись моментом, Сергей шёпотом спросил у друга:

— Ты ему веришь? Я про смерть почтальонши... Мог бы просто отморозиться и сказать, что ничего не знает.

— А смысл? Мужик не тупой. Начни он открещиваться от всего — настоящая полиция ему бы все мозги вынесла. На допросы бы как на работу ходил.