Рыцарь и пирог

Личности оказались удостоверены, извинения принесены — и благосклонно, с одобрением даже, приняты. Всегда приятно знать, что твои церберы не зря грызут свои кости.

А потом — ванна, легкий перекус, кресло с пуфиком под ноги, поверхностное знакомство со срочной корреспонденцией. Приглашённый цирюльник осуждающе поднимал брови, приводя голову господина Виччио в цивилизованный вид. На вешалке ждали своей очереди накрахмаленная сорочка и вошедший в моду пиджак. Всё возвращалось на круги своя.

Но не до конца.

— Мои посылки. Всё в сохранности?

Молодой человек достал блокнот, полистал и принялся перечислять. За последние несколько месяцев действительно поступило некоторое количество почтовых и курьерских отправлений. Все они были приняты с надлежащей заботой и хранились в полном соответствии с прикрепленной к каждому инструкцией. Что бы господин Виччио ни планировал с ними делать, он может приступать хоть прямо сейчас.

Господин Виччио слушал, прикрыв глаза. Каждая строчка отзывалась в памяти. Вот это — самое первое, с ярмарки. А это куплено в Альгемайне, в горах, у охотника, который говорил, будто знается с цвергами. Это — в Стране Великого Дракона, причем не так затянулся поиск, как оформление документов на вывоз и последующие препирательства со змеиной стражей из-за опечатки в накладной. А вот это уже в Ковонге, из последнего. Он планировал навестить там Линнэке, но подумал и не стал; чужой выбор стоит уважать.

«И какой красивый», — вспоминал Джоццо. Города, лица, разговоры у костров и в гостиничных номерах, внезапные болезни и не менее внезапные подарки от незнакомцев… Мир сыграл с ним в «Северо-западный проход» по-крупному. Выходило, что встреча с Рыцарем перевернула жизнь господина Виччио дважды: тогда, когда он всерьез задумался о своем будущем — и тогда, когда отбросил сомнения, сорвавшись с места так же легко, как в молодости.

Но молодым это его, увы, всё же не сделало. В конце дороги ждали заново занывшие колени, покалывающее сердце и тяжесть в голове. Настала пора совершить то, ради чего он, собственно, и отправился в свое путешествие.

Повара́, вознамерившиеся было устроить торжественный ужин из дюжины блюд, недоуменно покинули кухню. Секретарь лично перетащил все баночки, свёртки и коробки из специального чулана, пристроенного к погребу.