Дом на Волчьих Выселках

Из города до Левенёвки можно было добраться двумя способами: на своих четырёх или на электричке. Егоровы колёса были в ремонте, а от поездки на такси он, поразмыслив, отказался. Этот день поставил клизму их семейному бюджету, так что лучше сэкономить тысчонку. Правда, до ближайшей станции — он запомнил карту — было километров десять по полевым и лесным дорогам. Но, если в паре мест срезать — получится не более семи.

И Егор отправился пешком на станцию.

Вот осталась позади Левенёвка, вот он миновал старое поле, заросшее борщевиком, поднялся на холм и с высоты его с удовольствием обозрел окрестности. Издалека Левенёвка производила совершенно пасторальное впечатление — милый и чуточку таинственный городок, населённым добрым и чудаковатым народцем. Этакий Хоббитшир. За перелеском неистово блестела изогнутая сабля реки, вливающаяся в водохранилище, которое отсюда казалось настоящим морем.

Он улыбнулся и зашагал туда, где за горизонтом пролегала железная дорога.

Тем временем недлинный августовский день клонился к вечеру. Первыми это заметили комары, тучи которых атаковали одинокого путника. Егор сперва истреблял кровососов кустарным методом, известным в китайской философии как «хлопок одной ладони», потом закурил, надеясь отогнать их табачным дымом, потом срезал ветку и обмахивался ею, как конь хвостом.

Однако солнце клонилось всё ниже, уступая место луне и звёздам, а до конца пути ещё было далеко. Егор  посмотрел на часы и вздохнул. Да. Не рассчитал. Такими темпами он будет дома хорошо если к полуночи. Чёрт, Полинка рехнётся от беспокойства… Пока он шёл по просёлочным дорогам, мимо него иногда проезжали машины. Он пытался стопить их, но без успеха. Двое ехали в другую сторону и не собирались делать крюк к станции.

— Давать тебе жена будет, — ответил Егор: под влиянием событий последних часов он утратил своё обычное миролюбие. Водятел взбеленился, демонстративно перегородил своей таратайкой путь Егору, и выскочил на дорогу с боевым кличем «э, ты чё борзеешь?!»

— Кати отсюда, цыпа, — спокойно сказал Егор, глядя в глаза крикуну.