999999999 маны - Том 1

Но и развозить по разным городам не стал. Хоронили как придётся. В братских могилах клали друзей вместе с врагами, — старик свернул за угол и вывел нас на небольшую аллею. — Тогда ещё никто до конца не знал о последствиях. Но было уже известно, что на полях сражений Пробуждаются люди. Сейчас об этом активно умалчивают, но как гнилые листья дают удобрения почве, так и скверна… — старик на секунду осёкся,— Что-то меня унесло не туда.

Метрах в трёхста от нас показался парк; из-за крон деревьев в нём торчали высокие чёрные монолиты, подобные башням.

— Так вот. Замечал же, что не хоронят Пробуждённых в обычных могилах? Все в склепах покоятся, да и священники на таких похоронах никак не из обычной церкви приходят.

Честно говоря, не замечал, так как мой отец никогда не считал нужным знакомить своего сына с нелицеприятной стороной жизни и не брал меня на похороны даже тех людей, которых я знал лично.

— Ну так вот, в этих склепах и запечатывают покойных с силой, чтобы такое, как здесь, — он широко развел руки, — не происходило.

Сила остается запертой в их телах даже после смерти. Но... остаётся вопрос. Что делать с теми, кто был до них? Как в тех могильниках, что уже полвека как сгнили? Как её запечатать? Ту непокорную силу, что уже начала влиять на мир?

Я не знал, что ответить.

— Это самое паршивое во всей ситуации, Марк. Ту энергию уже ничего не удержит. Джинна не вернуть в бутылку, из которой он вырвался, — печально ответил сам на свой вопрос Родион. — Нужен другой сосуд.

— В смысле?

— В смысле… нужен живой человек, который принимает в себя ту энергию.

После чего этого человека запечатывают в склеп со всей той энергией. Там он живет и мучается — до самой смерти. Тогда нужен будет уже другой человек, что займёт его место. Если вовремя не успеть, то случится Прорыв.

— Здесь и до этого было жутко. Но теперь… живой человек годами страдает наедине со скверной? Я бы никому не пожелал такой участи, всё равно что быть похороненным заживо и не умирать, — произнес я.

Старик почему-то резко замолчал и, уставившись вперёд, зашагал чуть быстрее.

Мы с Ритой поспешили за ним, хотя женщина тоже заметно поникла и теперь волочила ногами, уставившись куда-то в плитку под ногами.

Старик не соврал. Прошло минут пять, и мы вышли к небольшому парку, окружённому каменным забором с толстыми прутьями, на кончиках которых торчали небольшие чёрные пики. Мы молча прошли через то место, где обычно должны были бы располагаться широкие ворота, и зашагали по дорожке.