999999999 маны - Том 1

Невозможно подсчитать, сколько раз я проклинал судьбу за этот убогий атрибут, на каждый плюс которого находился более существенный минус.

Суть его в том, что я, как пожирающий сам себя змей, могу лечить и проклинать только себя, с двойным эффектом, но и с двойными затратами маны.

Меня нельзя проклясть. Но меня и нельзя вылечить.

На меня не подействует даже самый сильный проклятый артефакт… но в моих руках даже величайший священный меч превратится в обычную железную палку.

Уже не говоря о том, что «Уроборос» практически никак не улучшал физически.

По основным параметрам, я — простой человек. Как бы я себя ни усиливал, пускай и с удвоенной эффективностью, я никогда не сравнюсь с полноценным бойцом. У меня никогда не будет ни одного умения, доступного другим полноценным классам. Я практически бесполезен.

В тот момент моя жизнь рухнула (в отличие от ставок отца — никто не ставил на подобный исход). Разочарование в его глазах крепко въелось в память. С того момента мне порой начинало казаться, что иначе он на меня и не смотрел.

Формально я остался наследником, но редко когда можно было услышать, чтобы об этом факте говорили не со смешком. Думаю, если бы не брак, о котором мой отец договорился с Вульфриком, то меня бы давно исключили из линии наследства в пользу двоюродных братьев. Да, по какой-то неведомой причине помолвку не расторгли. Возможно, так было выгодно окружению отца, возможно, Вульфрик расставил сети на долгие годы вперёд и теперь ему просто не хотелось рушить планы — не знаю, меня никто не ставил в известность.

Ясно было только одно - Элиза будет моей женой чисто технически. Жизнь была не настолько мягка со мной, чтобы я поверил, что мы полюбим друг друга и будем радостно жить вместе. Скорее, наоборот — она будет держать меня рядом просто как живое свидетельство законности своих прав и распоряжаться всеми делами рода от моего имени. Возможно, даже нарожав при этом детей от какого-нибудь другого мужчины и выдав их за моих.

Меня такой расклад не устраивает.

Последнее, чего мне хочется, так это стать мягкотелой подстилкой в руках каких-то интриганов. Именно поэтому пару дней назад, за неделю до своего восемнадцатилетия, я решился принять самое безумное и самовольное решение в жизни: я еду расторгать помолвку с Элизой, вопреки воле отца.

Это полностью моя инициатива, попытка воспользоваться последним шансом изменить жизнь, хоть немного увести с дороги кошмара.

Я думал, что совершить побег будет куда сложнее.