Облака для Тарии

И похожие на змей хагрусы: так назвала их Тария. Тария привязывала пассажиров к сидению, чтобы те не падали – и это работало, хотя Тария часто летала не прямо, а то вокруг облаков, то вниз головой, то вертикально, то из стороны в сторону.

Тария никогда не летала в грозу. Иногда в такую погоду она выглядывала на улицу, но каждый раз после этого снился рушащийся город, крики, грохот и дым из руин. Зато во время простого дождя Тария часто поднималась в небо. Окуналась в облака, которые становились ближе к земле, чем обычно: серые, влажные, густые.

Собирала в ладони воду и разбрызгивала. В это время она летала одна и, как правило, вечером: за ночь волосы просыхали, как и старая одежда с прорехами.

Уроки с каждым годом делались сложнее, но приходилось решать их: поскорее, чтобы выкроить больше времени для прогулок и интересных книг. Когда Тарии исполнилось двенадцать, у нее в первый раз получилось сделать из бумаги корабль, который проплыл дольше, чем у Мальчишки, и не свалился. Мальчишка сказал, что всегда знал – она молодчина – и сжал Тарии руку: его ладони были теплыми, как ломтики солнца на асфальте.

Возвращаясь домой, Тария напевала и думала, что теперь воробьям не стоит учиться затыкать себе уши.

Прогулки с девчонками становились менее шумными. Тария с ними чаще просто гуляла, общалась, заходила в кафе, пряталась от дождя в подворотнях, бегала в библиотеки. Тария уже не разбивала коленки, но кровь стала видеть, пожалуй, чаще, чем раньше. Медведя девчонкам она так больше и не показывала, хотя он по-прежнему стоял в комнате, и мама как-то упомянула, что он симпатичный.

Математику и физику, учебники по которой принесла бабушка, Тария ненавидела. Писать сочинения ей нравилось, но больше всего хотелось читать энциклопедии и журналы, и гулять, и пилотировать. С сочинениями еще можно было как-то уживаться, как и с теми предметами, где не приходилось считать, высчитывать, пересчитывать и забивать голову уймой цифр. С биологией, географией.

Правда, ни в одном учебнике не писали ничего ни об облаках, ни о машинах и игрушках, которые появляются, стоит только захотеть.

Тария считала, что когда-нибудь найдет книгу, где об этом рассказано подробнее. Но уж явно это не учебник по математике и тем более по физике.

– У меня в голове сплошные цифры и вычисления, граф Медведь, – жаловалась Тария, скользя ранним утром на Гонщице мимо перистых облаков, по которым прыгали существа, похожие то на небольших серебристых газелей, то на крылатых кенгуру.