"Посмотри на меня во тьме..."

Или – от той самой таинственной двери за нарисованным очагом, которая внезапно оказалась бы порталом в иное пространство. Но мы-то с тобой ничего не отпирали и никого не выпускали. Откуда же тогда взялись все эти Карабасы – Барабасы? Какое отношение к нашим кошмарам имеет якорь?

- Мы даже ничего не запирали, – буркнул Влад. – Дверь нашей «китобойки» закрывается на обычную ржавую щеколду. – Кстати, а что означает - якорь?

Я пожал плечами.

- Якорь стал символом еще в Древнем Египте. Он изображался на фресках, как образ мироздания, объединяющий в себе мачту (мужское начало) и лодку (женское начало), «обвитую» змеей жизни.

Это был символ таинства брака, а впоследствии означало спокойствие в семейной жизни.У мореплавателей якорь является символом удачи: моряки оставляли на берегу изображения якоря, чтобы вернуться домой. Якорь, по мнению мудрецов Древнего мира, олицетворяет такие свойства, как безопасность, преданность, спасение, надежду, прочность и стабильность.

Тут мы переглянулись и нервно рассмеялись.

- Дык «нема у пана атамана золотого запасу»! – давясь хохотом, с трудом выговорил я. - В смысле – нет у нас никакой «семейной» жизни! Да и не мореплаватели мы ни разу!

- Ага! – подтвердил мой дружок. – Была в анамнезе одна угнанная лодка, так и ту у нас отобрали.

- Ну да, – улыбнулся я, припомнив тети Полин веник. - Какая, на фиг, «удача» и «стабильность»? Одни неприятности…

- Одним словом – картина Репина «Приплыли», - подвел итог Влад. – Вопрос только в том – куда и зачем?

- Якорь, который носят на груди, обещает сделать дорогу домой быстрой и легкой, – сказал Джеймс, когда мы, наконец, отсмеялись и угомонились.

Мы снова переглянулись.

- Странная какая-то дорога выходит, – хмыкнул я, припомнив наш безумный бег по пересеченной местности. – Некоторые на ней чуть шею себе не свернули.

Влад вздохнул.

- И ведь ничего не предвещало. Разве желание побаловать себя чебуреком – преступление?

Я снова пожал плечами.

- Так ведь не только у нас – «не предвещало».

Вспомни, старина Гарвей хотел всего лишь купить пачку сигарет, а оказался – выброшенным в море.

- Его позвал голос. Но нас-то с тобой никто не звал. Как там у Галича?

Под старость или в расцвете лет, ночью или средь бела дня. Твой голос придет, как внезапный свет, и ты позовешь меня. И пусть сулит мне твой тихий зов страдания и беду, Но я спокоен, и я готов, и я за тобой иду…

- Ну да, – усмехнулся я. – Явно не наш случай.