Век магии и пара. Книга 1. Барчук

– А может, у меня в жизни приоритеты изменились? Не прельщают меня больше театры и рестораны, а пью теперь только по праздникам. Достаточно! Новая жизнь началась. И нормальной семьёй хочу обзавестись, чтоб по-человечески всё было. Домашний очаг, детишки там и всё такое прочее.

– И что, есть кто-то на примете? – Катрин взглянула на меня с хитрой усмешкой.

– Слушай, давай по честному. У нас с тобой мало общего было. Ты служишь где-то там своему роду… А у меня другая жизнь теперь, как видишь.

– Ты что оправдываешься что ли? – рассмеялась Катрин.

– Нет, серьёзно, ты как будто другим человеком стал. Что-то ты не слишком-то заботился о моих чувствах, когда у меня на глазах с молодой барышней Куропаткиной флиртовал, а потом – с дочерью булочника. А сейчас что на тебя нашло?

«Ну и кобель же ты», – усмехнулся я себе прежнему. Чем больше я узнавал о своём прошлом, тем больше понимал, почему Птахины не хотели со мной иметь дел.

– Прости меня, Катя, – сказал я, – я был молод и глуп. Не держи зла. Пытаюсь исправиться.

– Да ладно. Кто она?

– Медсестра из больницы. Познакомились через Николая. Добрая, и руки золотые. Так ты не держишь зла?

– Конечно, нет. Это же работа моя была. Я должна была втереться к тебе в доверие и приглядывать, чтобы не случилось ничего дурного.

– Всего лишь работа? Я думал, у нас были чувства.

– Мне о чувствах думать не положено, – пожала плечами Катрин. – Моё дело – служить.

– Глупость какая-то. Служба службой, а личная жизнь тоже должна быть, нельзя же так себя во всём ограничивать.

– И это говорит человек, выросший в боярской семье? Странны речи твои, Миша.

Так, снова меня занесло не туда. Снова сказалось моё повальное незнание местных обычаев. И всё же, как бы Катрин не отрицала это, я знал, что у неё есть по отношению ко мне чувства. Может быть, они спрятаны где-то глубоко за вбитыми с детства в голову идеями самоотверженной службы и преданности роду, но есть. Я это по глазам её видел, особенно в тот вечер, когда мы на заднем сиденье… Одним словом, я это просто знал.

Но всё же сейчас сердце моё принадлежало другой. Вот только будущее представлялось столь туманным, что я не знал, сможем ли мы с Таней быть вместе. Как минимум, я намеревался вытащить её из этой дыры. Тут становилось слишком опасно.

– Знаешь, – сказал я. – Если так получится, что меня никто не убьёт, и я действительно смогу основать свой род, я бы почёл за честь, чтоб ты служила мне.

– Для меня тоже будет честью, – улыбнулась Катрин.