Найденыш

Рано или поздно кланы Краусе и Китсеров – этой подлючей ветви романо-германского происхождения – доберутся и до Валентины.

Ему помог отставной офицер имперской госбезопасности майор Голубев, согласившийся доставить внучку через всю Россию в Амурскую губернию к своему старинному другу, который, по его словам, мог надежно спрятать девушку. Перекрестив Валечку, Назаров с тяжелым сердцем отправил ее далеко от себя. Удивительно, в свои восемьдесят с лишним лет Анатолий Архипович считал, что может постоять не только за себя.

Он до сих пор с легкостью разгибал подковы, выбивал сотню очков в мишени из своего фирменного пятнадцатизарядного «Штайера», но случись рукопашная – здесь уже возраст давал о себе знать.

Двустворчатые двери гостиной распахнулись, и на пороге возник его управляющий, седовласый мужчина едва ли не с военной выправкой. Темно-фиолетовый китель с шевроном родового знака – рубин в обрамлении солнечного коловорота – на левом рукаве, элегантно сидел на его поджарой сухощавой фигуре.

- Чего тебе, Сашка? – недовольно буркнул Назаров, слегка повернув голову в его сторону.

Заложив руки за спину, он изучал портреты своих предков, и делал это с таким видом, что сейчас для него важнее дела нет.

Сашка, которому лет было чуть меньше Патриарха, слегка склонился, демонстрируя плешь на макушке, прикрываемую редкими посеребренными волосами.

- Прибыл представитель Китсеров – барон Катаев, - доложил управляющий, отчего его голос прозвучал гулко в пустом помещении.

- Со всей своей сворой? – поморщился Назаров.

- Без них – никуда, - бесстрастно ответил Сашка. – Я пустил только барона, а его бандитам категорически запретил переступать порог дома. Пусть на крыльце топчутся.

- Герой ты, Сашка! Чтобы я без тебя делал, - усмехнулся Патриарх и сел в кресло так, чтобы смотреть на вход. – Зови эту отрыжку рода. Что ему еще надо?

- Рожа у него донельзя довольная, - с непонятной интонацией произнес старик-управляющий. – Какую-то пакость сейчас скажет.

Катаев появился в гостиной с самым решительным видом.

Сашка был прав. На лице барона светилась полуулыбка, которая не могла предвещать ничего хорошего для Назарова, уже привыкшего к нокаутирующим ударам судьбы. На сердце заскребли кошки. Что на этот раз?

- Господин Назаров, добрый день! – Катаев бросил быстрый взгляд по сторонам, словно опасался присутствия посторонних лиц. – Приятно видеть вас в добром здравии!

- Как говорят истинные евреи: не дождетесь! – последний представитель рода грузно пошевелился в кресле.