Медицинская академия им. Макоши. Спецкурс

— я снова разревелась, — из-за меня погиб! Если бы я могла оказать хоть какую-то помощь... Но я не учила-а-ась!

— Ты просто не могла учиться. Тебе не дали.

Услышав тон, с каким это было произнесено, я даже плакать перестала. В глазах куратора поселилась сталь:

— Ты только на первом курсе. Это общеобразовательные предметы и немного специальных — анатомия и основы патологии. Все.

Хотелось верить. Очень хотелось. Но подлый червячок внутри не позволял успокоиться, грыз и грыз душу, и казалось, Павел Семенович говорит так только для того, чтобы успокоить.

Я ему не верила.

И не знала, что чувство вины может быть таким сильным. Особенно после понимания, что погибли двое: сам князь и его отражение.

В дверь заглянула Майя:

— Еще успокоительных?

— Не надо. Справимся.

А мне не хотелось справляться, хотелось забыть и больше не вспоминать.

— Да когда же это зелье будет готово?

— Скоро, — бросил взгляд на часы куратор.

Ждать стало невыносимо, снова начиналась истерика, и в миге от неё в комнату вошла заведующая.

Строгий костюм, аккуратная прическа-пучок, в руках — кружка с крышкой.

— Пей, — протянула без лишних слов.

Не спросила ни о чем, не попыталась уговорить. Наверное, Прокуда докладывал обо всем, что здесь происходило.

Воздух наполнился странным ароматом. Скошенная трава, парное молоко, духмяный мед прямо из улья. И гудение пчел в цветущих кронах. Легкая горечь раскушенной вишневой косточки.

Словно кадры из фильма.

Едва я поднесла кружку к губам, они сменились другими: расписные ставни, вышитые скатерти, тихо жужжащее колесо прялки.

А ведь он берег меня! — догадалась. Потому и шутил до последнего. Чтобы не напугалась, не прокляла все на свете, не расхотела жить!

— Скажите, — обратилась сразу к обоим, куратору и заведующей, — я точно все-все забуду? Даже эмоции?

— Первое время будет ощущение, что чего-то не хватает, но потом все придет в норму.

— А... можно будет вот после этого, — я показала на отвар, — вернуться в академию? Начать все заново?

Они переглянулись.

Я опять подняла кружку. И поняла, что не смогу выпить. Это будет... предательством. Князь верил в мой Дар настолько, что рискнул добрым именем, а потом и жизнью. Так есть ли у меня право перечеркивать случившееся? Отвернуться от его земляков? Дар Удачи, помноженный на умение лечить... Кто знает, возможно, так и получаются чудеса?

— Я не хочу забывать.