Медицинская академия им. Макоши. Спецкурс

Острые ветки извернулись ему навстречу, хотя такого просто не могло быть — гибкость они утратили много-много лет назад, еще будучи живыми. Но теперь дупло скалилось их обломками, словно защищая какое-то сокровище.

Князь не обратил на это внимания. Рубанул мечом, отсекая лишнее, и снова попытался просунуть руку в дупло.

Я даже о ране своей забыла. Воины застыли в немом ожидании. Воздух сделался неподвижным и плотным, словно овсяный кисель Богданы Желановны. Еще чуть-чуть, и амулет Лиха будет у нас, можно будет вернуться домой, к маме, к папе… даже к этому проклятому училищу, глаза бы мои на него не видели.

И все же, невзирая на страх и напряженное ожидание, я поймала себя на том, что откровенно любуюсь князем. Сейчас он был красив по-настоящему. Пожалуй, повтори Зареслав свое предложение, отвечу согласием!

Я уже шагнула вперед, чтобы встать рядом, шепнуть, что передумала. Но решила не торопиться. Пусть сперва уничтожит Лихо. И, словно завороженная, смотрела, как исчезает в дупле рука, как меняется в лице князь, как отпрыгивает прочь, победно вздымая сжатый кулак.

Глава 8

Ярко-желтый шар, внутри которого переливались сплетались черные и алые нити, заставил обрадоваться одних и потерять голову других.

Лязг металла оглушал. Хриплое дыхание воинов и выкрики перемежались ядрёными выражениями. Карлики вообще как с ума сошли, кидались прямо на мечи, прорываясь к князю.

Земля вздрогнула. Дуб-исполин, что еще цеплялся за жизнь, не выстоял — немыслимая сила вывернула его из земли и отшвырнула на другие деревья, расчищая путь.

Я похолодела и поплотнее натянула на голову платок, надеясь на его защиту — то, что приближалось, явно не было человеком.

Из-за деревьев вынырнуло серое нечто, отдаленно напоминающее человека. С руками-ногами, с головой, только вместо волос — что-то непонятное, словно сильно спутанная шерсть. И глаз всего один. Черный, кажущийся бездонным.

Кроваво-красные губы кривились в злой гримасе, а из груди вырывался то ли рык, то ли низкое гудение, какое доносится летом из осиного гнезда.

Взмах руки — и выдернутая из недовольно чавкнувшей земли березка превратилась в дубину. Гигантские комья земли летели в разные стороны, и один, размером с детскую голову, угодил Зареславу в висок.

Князь покачнулся. И оставил карликов своим воинам, увидев нового, самого опасного врага.